Сказки о чудесах. Рождественское и святочное чтение

В эту подборку мы включили книги, которые можно читать всей семьей вслух по вечерам, на зимних каникулах. Это неспешное чтение для обдумывания и обсуждения. Здесь и сборники, и сказки, и повести, в которых живет дух Рождества и Святок, таких, какими они были во времена наших прабабушек и прадедушек.

Все это было и давно, и недавно, и будет всегда. Пока есть взрослый, читающий вслух, и слушатели — большие и маленькие, устроившиеся рядом.

Читая эти истории, вы наверняка не раз остановитесь, чтобы объяснить непонятное и ответить на важные вопросы детей.

«Рождественские истории». Художник Галина Лавренко

В книге собраны рассказы, сказки и стихи таких авторов, как Сельма Лагерлеф, Сакариас Топелиус, Александр Блок, Саша Черный, Владислав Ходасевич и других.

Эта книга — для вдумчивого, серьезного чтения. Рождественские истории всегда писались для того, чтобы читатель задумался: о добре и зле, справедливости и несправедливости, бедности и богатстве, вечности и сиюминутности, рождении и смерти. Они напоминают счастливому о том, что есть несчастные, а несчастному дарят надежду на грядущее счастье.


Прожив грустные переживания вместе с героями некоторых из этих историй, ребенок в будущем сможет избежать разочарования и боли. Не бойтесь читать и обсуждать вместе «Елку», вместе оплакивая бездомного сироту Федьку. Погрузитесь в мудрость притчи «За Христом». Прислушайтесь к голосу старой бабушки в сказке «Святая ночь». Отгадайте вместе с Володей «Загадку». Отправьтесь в путешествие в дореволюционную Россию вместе с героями рассказа «Рождество у дедушки».

Эта книга — очень важный инструмент для развития ребенка. Она развивает чувства. А без хорошо развитых чувств человек вряд ли станет счастлив, даже если добьется в жизни многих успехов.


11Два оборванных существа нарушали общее впечатление изящества и довольства жизнью на улице большого города в эти последние часы дня перед Рождеством Христа. Но глаз прохожего не замечал их в занятой собою толпе.
— Барин, дай копеечку! Родненький, ничего не ели! Дай копеечку! Ба-арин!
Эти два мальчика бежали, пятясь задом, впереди прохожего, делали жалкие лица и, озираясь, умоляли о подаянии.
Но никто мальчикам не подавал, никто их и не замечал. В больших городах ухо слишком привыкло к жалостливым припевам попрошаек.
К тому же в этот день все были слишком озабоченны.
— Барин, голубчик! Дай копеечку! Ваше сиятельство!
Наконец детей заметил городовой.
Его-то мальчики и боялись, когда оглядывались, прося копеечку: просить милостыню на главных улицах запрещалось. Городовой прогонял их, а они все-таки приходили, грязные, оборванные, надоедливые. О, они хорошо знали, что значит попасть в лапы городовому. Этот дюжий солдат имел руки, из которых не вырвешься, и он так больно драл за уши!

«Кукла рождественской девочки». Художник Людмила Пипченко

В книгу включены две рождественских истории. Обе они случились (а может быть и не случились) очень давно, в дореволюционной России.

Истории эти дают возможность ребенку, живущему в счастливой, обеспеченной, любящей семье задуматься о том, что где-то есть дети, у которых не будет ни праздничного ужина, ни теплой одежды. В жизни которых нет ни любящих, ласковых рук, обнимающих их перед сном, ни нежного родного голоса, читающего книжку. Счастье — так хрупко, и потому надо ценить его здесь и сейчас. И помогать тем, кто нуждается.

Эти истории подойдут для чтения и обсуждения с самыми юными: лет с шести их вполне можно читать.

Героиня первой — девочка Женя, решившая продать свою любимую куклу, чтобы купить еды и теплой одежды больной маме. Конечно, этот самоотверженный поступок принес ей много добра, а маме — выздоровление.

Герой второй истории, мальчик Боря мечтает услышать пение ангелов — и слышит его в чудесном сне. Потому что отдает все свои сбережения мальчику Миколке, чтобы его семья могла купить хлеба и молока и поесть вволю.

Истории очень простые и трогательные, но напоминают нам о том, что так часто мы забываем в суете жизни. А стоит остановиться, прислушаться к своим добрым чувствам.

И, быть может, мы услышим тихое пение ангелов.


11— Куклу? А для чего, позвольте узнать, хотите вы продать такую прекрасную куклу? Неужели кукла ваша так надоела вам, неужели же вы ее не любите? Почему вы хотите продать ее? — строго спросил Николай Петрович и пытливо через очки посмотрел на стоящую перед ним Женю.
— Ой, нет! Я очень люблю Катюшу, — сказала Женя, крепко прижимая к себе куклу.
— Только мне деньги очень нужны, а денег взять негде, и продать больше нечего. Мы уже все продали. А мама лежит больная. Ей нужно новое теплое одеяло непременно. Она ужасно больна и вся дрожит под старым одеялом. И потом, мне нужно теплое пальто, чтобы пойти к рождественской всенощной. Я Рождественская девочка и мне нельзя не быть у рождественской всенощной.

«Новогодняя елка». Художник Николай Устинов

Эта яркая, объемистая книга состоит из двух частей: «Рождественские и святочные рассказы» и «Рассказы, стихи и сказки о зиме». Поэтому ее можно начинать читать, лишь только выпал первый снег, и не останавливаться, пока звонкие ручьи не побегут по улицам.

В книгу включены произведения А. Пушкина, С. Аксакова, И. Бунина, Н. Некрасова, И. Шмелева, В. Одоевского, К. Ушинского и других. Рисунки к книге создал великий мастер пейзажной и сказочной иллюстрации — Николай Устинов.

Рассказы из первой части обращаются к нашим самым лучшим чувствам, они учат понимать другого человека как самого себя. Они наглядно показывают, что суть праздника не во внешнем, ярком, показном, а в том, что не всегда увидишь глазами, но почувствуешь сердцем.

Рождество наступает для всех — и кто-то меняется под его влиянием, кого-то меняют обстоятельства. Кто-то обнаруживает в своей душе благородный порыв, а кому-то этот праздник приносит нежданное, но такое необходимое чудо.

Если первая часть книги обращена к нашим внутренним сокровищам, сокровищам души, то вторая раскрывает перед читателем богатство окружающей природы, учит ценить красоту зимнего леса, беречь живых существ, живущих с нами рядом.


11— Каков, баба, я-то? — спрашивал он, указывая на детей. — Погляди, ведь жуют сиротки-то! Жуют! Погляди, баба! Радуйся!
Затем опять взял гармонику и, позабыв свою старость, вместе с детьми пустился плясать, наигрывая и подпевая:

Хорошо, хорошо,
Хорошо-ста, хорошо!

Дети прыгали, весело визжали и кружились, и Митрич не отставал от них. Душа его переполнилась такою радостью, что он не помнил, бывал ли еще когда-нибудь в его жизни этакий праздник.
— Публика! — воскликнул он наконец. — Свечи догорают… Берите сами себе по конфетке, да и спать пора!
Дети радостно закричали и бросились к елке, а Митрич, умилившись чуть не до слез, шепнул Аграфене:
— Хорошо, баба!.. Прямо можно сказать, правильно!..
Это был единственный светлый праздник в жизни переселенческих «Божьих детей». Елку Митрича никто из них не забудет!


«Легенда о Рождественской Розе». Сельма Лагерлеф. Художник Галина Лавренко

Разбойник, изгнанный из общества за свои злодеяния, жил высоко в горах в Геингенском лесу с женой и детьми. В рождественскую ночь каждый год этот лес превращался в прекрасный сад и расцветал всеми цветами, какие только есть в мире.

Аббат Иоанн из соседнего с лесом монастыря больше всего на свете любил цветы и даже разбил прекрасный цветник в монастырском саду. Но однажды туда пришла жена разбойника и заявила, что цветник Иоанна не сравнится с той красотой, которую она и ее дети каждый год видят в лесу.

В рождественскую ночь старик аббат с послушником приехали в лес, к пещере разбойника. И чудо открылось им — лес ожил, наполнился зеленью, прекрасными цветами и птичьим пением.

И вдруг все исчезло. Неверие молодого послушника, сопровождавшего Иоанна, прогнало чудо.

Эта история заставляет откликнуться все наши чувства: мы восхищаемся садом, возмущаемся поведением разбойника, мы верим в чудо, как аббат Иоанн и сомневаемся вместе с послушником. Мы поражаемся стойкости цветка, который вырос в монастырском саду из корешка, принесенного послушником, и горюем о том, что аббат Иоанн уже не увидит этого цветка.

А потом наши сердца смягчаются при виде череды данных и сдержанных обещаний, благодаря которым разбойник и его семья возвращаются к людям и взамен навсегда утраченного цветущего в рождественскую ночь леса получают чудо прощения, чудо жить среди людей, чудо праздновать Рождество вместе со всеми.


11Войдя в покои Авессалома, послушник протянул архиепископу цветы и сказал:
— Вот вам подарок от аббата Иоанна. Это те самые цветы, которые он обещал сорвать для вас в рождественскую ночь в Геингенском лесу.
При виде чудесных цветов, распустившихся посреди мрачной зимы в самый канун Рождества, Авессалом побледнел, словно встретился со смертью. Некоторое время он сидел молча, а потом проговорил:
— Аббат Иоанн сдержал свое слово, и я сдержу свое.
И он написал грамоту об отпущении грехов разбойнику, который столько лет скрывался в лесах.

«Чарльз Диккенс. Рождественская песнь». Художник Максим Митрофанов

В Британии эту сказку начинают читать детям с 5 лет, несмотря на то, что начинается она с появления призрака (и если бы призрак там был только один!) Но страшнее призраков в этой сказке — история превращения милого молодого человека в бессердечного скрягу. И тем чудеснее процесс преображения брюзгливого скупердяя в щедрого весельчака.

Художник Максим Мирофанов в своих иллюстрациях показал победу добра над злом: яркими красками нарисовав все чистое, светлое, радостное что есть в этой истории, и облагородив самого старого скрягу Скруджа, так, что он больше похож на одинокого человека, которому не с кем отмечать праздник, чем на жадину, ненавидящего все, что не приносит ему прибыли.


11И Скрудж сдержал свое слово. Он сделал все, что обещал Бобу, и даже больше, куда больше. А Малютке Тиму, который, к слову сказать, вскоре совсем поправился, он был всегда вторым отцом. И таким он стал добрым другом, таким тароватым хозяином, и таким щедрым человеком, что наш славный старый город может им только гордиться.
Да и не только наш — любой добрый старый город, или городишко, или селение в любом уголке нашей доброй старой земли. Кое-кто посмеивался над этим превращением, но Скрудж не обращал на них внимания — смейтесь на здоровье! Он был достаточно умен и знал, что так уж устроен мир, — всегда найдутся люди, готовые подвергнуть осмеянию доброе дело. Он понимал, что те, кто смеется, — слепы, и думал: пусть себе смеются, лишь бы не плакали! На сердце у него было весело и легко, и для него этого было вполне довольно.
Больше он уже никогда не водил компании с духами, — в этом смысле он придерживался принципов полного воздержания, — и про него шла молва, что никто не умеет так чтить и справлять Святки, как он. Ах, если бы и про нас могли сказать то же самое! Про всех нас! А теперь нам остается только повторить за Малюткой Тимом: да осенит нас всех Господь Бог своею милостью!

27.12.2017 14:11, @Labirint.ru



⇧ Наверх