Психология в сказках. Игры, которые помогут во всем разобраться

Татьяна Дмитриевна Зинкевич-Евстигнеева — автор «Комплексной Сказкотерапии» отечественного психологического метода проработки трудных жизненных ситуаций и кризисных проблем личности. Изначально «Комплексная Сказкотерапия» создавалась для взрослых с целью деликатного воздействия на сознание человека с помощью доброй и точной сказки, образов и метафор. «Мастерская сказок для детей» — это игровой комплект. Диалог сотворчества между мудрым взрослым и ребенком в поиске ответов на жизненные вопросы.

Татьяна Дмитриевна ответила на несколько вопросов о своей методике, и особенностях работы ее игры.

Лабиринт Татьяна Дмитриевна, расскажите, пожалуйста, о себе, о Вашем пути к сказкотерапии.

Татьяна Дмитриевна Зинкевич-Евстигнеева Для меня внутренние события имеют значительно большее значение, чем внешние. Что я открыла, что поняла и благодаря чему, что развернулось полнее, а что потеряло свою ценность, — я бы рассказывала об этом. Потому что внешние события для меня — это предложенные жизнью обстоятельства открытия новых граней себя и мира. Устройство моей памяти таково, что я запоминаю общие механизмы и закономерности, взаимосвязи между явлениями, интересные цепочки причинно-следственных связей. И при этом, легко забываю некие детали и целые события, если они мне показались несущественными. Словом, я запоминаю то, что для меня наполнено смыслом. Поэтому мне так по душе сказки. Смыслы в них многомерны, они окружают тебя и наполняют радостью познания. Такое же чувство возникает, когда общаешься с человеком, который, наконец, нашел себя настоящего; или когда соприкасаешься с подлинным (а не просто модным) искусством, музыкой, литературой, научным открытием. Такими переживаниями укутываешься, как мягким пледом, в удивительных природных или святых местах. Все это наполнено жизнью, смыслом, энергией, животворящей информацией. И это запоминается и помнится всегда. Вот поэтому я занимаюсь сказками, их смысловым анализом; вот поэтому свой метод я назвала «Комплексной Сказкотерапией». Это то, что я всегда помню.



В детстве я занималась еще кукольным театром и рисованием, — и все это тоже вошло в инструментарий Комплексной Сказкотерапии. Что тут скажешь — все «родом из детства». Конечно, коллеги, читая мой ответ, скажут: «Стало быть, весь метод Комплексной Сказкотерапии — это продукт внутреннего ребенка!». И будут правы. Тем более, что и внутренний ребенок многолик: ребенок познающий, творящий, играющий, чувствующий, больной, травмированный, хранящий, сакральный… Во всех гранях внутреннего бытия есть детское, чистое начало. Собственно, оно и помогает нам оставаться самими собой.

Л Может ли сказкотерапия принести реальный результат или это миф?

ТЗЕ Реальный результат всегда зависит от точности цели. В сфере воспитания детей, развития личности крайне непросто сформулировать цель точно. Например, я, как мама, хочу, чтобы мой ребенок перестал бояться и спокойно оставался дома один, чтобы я могла ненадолго отлучиться по своим делам. И вот я начинаю искать «специальную сказку» или текст с «правильными родительскими словами», чтобы мой ребенок перестал бояться. Захожу на сайт детского психолога и вижу «сказку против страха», читаю ее ребенку и жду результата. Но мой ребенок как боялся, так и боится. Ничего не произошло. И я для себя делаю вывод: «сказкотерапия — это миф».

Дело в том, что сказочное «лекарство» — это не таблетка быстрого действия. Суть сказочного лекарства тонкая. Сказка — это «информационное лекарство». Оно действует значительно медленнее, чем привычная фармакология или инструменты манипулятивного влияния.

Сказочное информационное лекарство сначала проникает в сферу чувств, в область мироощущения, потом в область ценностей, потом в пласт сокровенных внутренних ресурсов. И уже оттуда начинает «включать» внутренние ресурсы как ребенка, так и взрослого. Чтобы пройти такой путь и сделать свою работу, сказке нужно значительно больше времени, чем мы ей отводим. Жителям больших городов необходимо, чтобы все происходило быстро и в установленные ими сроки. В работе со сказкой такой подход не работает.

Я и мои коллеги, родители отмечают «отсроченный эффект» и «накопительный эффект» сказкотерапии. «Отсроченный эффект» проявляется в том, что перемены в способе реагирования, в восприятии некоторых явлений происходят через более длительное время. Но зато они устойчивы. «Накопительный эффект» проявляется в качественной перемене стилистики рассуждений и структур характера ребенка в процессе целенаправленной работы со сказкой.



В том примере со сказкой, как лекарством от страха, что я привела выше, есть две системные ошибки. Во-первых, цель сформулирована не точно, поэтому и результата нет. Точная цель в этом случае — пробудить в ребенке смелость и самостоятельность. Во-вторых, родительское нетерпение: ожидание быстрого результата. В сказкотерапии сначала мы точно формулируем цель, отказываемся от суеты и запасаемся наблюдательностью. Тогда сказкотерапия принесет результат. Устойчивый долгосрочный результат.

Словом, «сказкотерапия — это миф» для тех, кто любит «быстрый эффект» особенно в сложнейших ситуациях. И «сказкотерапия — это путь к реальному результату для тех, кто способен точно формулировать цель, обладает терпением и не поддается «суете житейской».

Л От чего зависит глубина эффекта сказки?

ТЗЕ Вы очень точно сформулировали вопрос: ведь какой-то эффект от сказки, хотя бы эмоциональный, есть всегда. А вот вопрос о его глубине уже переводит обычное чтение сказки в сферу сказкотерапии. Я ставлю на первое место «красоту подачи» сказки. Даже необработанная сказка, если она красиво прочитана или рассказана, производит глубокое впечатление. Поэтому артистизм подачи в сочетании с пониманием смыслов сказки, точные эмоциональные акценты, — это то, что может произвести переворот в душе.

Но это, как говорится, «великая сила искусства»! Поэтому многие взрослые отмечают, что им в детстве нравилось слушать сказки на пластинках, или те, что рассказывали в телепередачах. Красивая подача сказки распахивала перед ней все внутренние двери, включала все психологические и душевные «сенсоры».

Я прошу родителей читать, рассказывать сказки выразительно. Красота подачи не может оставить ребенка равнодушным. В каждом есть природный артистизм. И, конечно, понимание скрытых шифров, смыслов сказок помогает сделать их подачу более красивой, проникающей в самую суть человеческого естества. Сказка не терпит равнодушного отношения.

На второе место я ставлю грамотную обработку сказки. Не просто художественную (хотя это важно для глубины воздействия!), а смысловую. Смысловая обработка сказки предполагает размышление, сравнение различных версий сказки, извлечение скрытых шифров/смыслов сказки из разных информационных пластов, а затем выстраивание всех смыслов в единый сюжет. То есть происходит сначала смысловая «разборка», а потом «новая сборка» сказки. Подобная обработка сказки делает ее именно живой, более понятной и проникновенной. Сам текст в этом случае способен компенсировать недостаток красоты подачи сказки. Собственно, для «Мастерской сказок для детей» я сделала смысловую обработку отобранных сказок. Чтобы глубина воздействия сказки стала больше.



Л Как быстро ждать эффекта в решении проблем?

ТЗЕ Добрый совет: ничего не ждать, точно формулировать задачи и просто жить. Любое ожидание ограничивает внутреннюю свободу, привязывает к ожидаемому событию, желаемой перемене. Так мы внутренне утяжеляемся. А результат приходит к легким (но не легковесным!). Но это не более чем «философская ремарка».

На самом деле, эффект от сказкотерапии во многом зависит от понятливости и сообразительности человека. От его индивидуальной скорости обработки информации на разных уровнях: житейском, социальном, психологическом, сакральном и других. А также скорость эффекта сказкотерапии зависит от совпадения ценностных полей сказкотерапевта и родителя.

Поэтому эффект можно наблюдать и после первого, и после третьего занятия. А можно отметить и «отсроченный эффект»: занятия сказкотерапией уже давно отложены «в долгий ящик», и вдруг ребенок начинает рассуждать о том, что читали и обсуждали когда-то, да и сам «меняется до неузнаваемости в лучшую сторону».

Л Достаточно ли просто прочитать сказку малышу?

ТЗЕ Конечно, я считаю, что этого мало. Но, с другой стороны, у родителей так много забот, что и прочитать ребенку сказку — это уже настоящий подвиг. Сказка — это повод поговорить, поиграть. Выйти из житейской суеты, снять социальные маски и просто стать собой. Хотя бы наедине со своим ребенком… А как это организовать — мы предложили в «Мастерской сказок для детей».

Л Нужна ли опора на иллюстрации?

ТЗЕ Насколько важны визуальные образы в сказкотерапии? Зрительный образ для ребенка имеет огромное, подчас, первостепенное значение. Можно даже сказать, что наших малышей воспитывают художники и дизайнеры. Ведь именно эстетическое чувство является двигателем развития личности. А эстетическое чувство формируется «из сырья» зрительных образов, задаваемых художниками.

То, что ребенок не понимает из текста, он добирает из картинки. Поэтому эстетическое чувство ребенка во многом воспитывается художниками-иллюстраторами. На мой взгляд, это совершенно особые люди.

Так что опора на иллюстрации крайне важна. Но еще более важно подбирать такие иллюстрации, чтобы на них, действительно можно было опираться. В этом отношении я признательна художнице Анастасии Зининой: она создала для «Мастерской сказок» метафорические карты, на которые можно опираться.



Л Можно ли заменить чтение мультфильмом, диафильмом, аудио-версией?

ТЗЕ Если есть возможность, лучше использовать все формы подачи сказки: чтение/рассказывание, мульфильмы, диафильмы, аудиосказки. Тогда у ребенка будет развиваться полимодальное восприятие информации. Мы с вами отлично знаем, как отличается литературное произведение от его экранизации. Это, порою, два самостоятельных произведения. Также происходит с мультфильмами и текстовыми сказками. Поэтому я за полимодальность подачи сказки.

Л Как правильно подобрать сказки для ребенка?

ТЗЕ Важно осознавать цель подбора. Если целью является общее развитие, то прежде всего нужно учитывать возраст ребенка, его интересы и особенности характера; понимать, что он готов слушать и обсуждать, а что нет. Если сказка подбирается для психокоррекционных, терапевтических целей, то это делает в соответствии с «мишенями работы». Также я сторонница гендерного подбора сказок: есть девичьи и мальчиковые сказки. Которые крайне важны для гендерной идентификации. В этой области я придерживаюсь консервативного подхода.

Но главное, на мой взгляд, для правильного подбора сказки — знание ее скрытых смыслов: о чем она, чему учит, какие идеи предлагает. Поэтому я сторонница «толкования сказок»: родителям важно уметь проводить смысловой экспресс-анализ сказок. И тогда они всегда точно подберут своему ребенку сказки.

Л Как правильно интерпретировать метафорические карты комплекта «Мастерская сказок для детей»?

ТЗЕ С одной стороны, все метафорические ассоциативные карты — это двигатели «внутренних проекций». То есть картинка запускает ассоциативный поток, дает возможность высказаться на тему сюжета рисунка, — и это само по себе крайне важно.

Очень полезно высказывать свои мысли, но не хаотично, а в русле точного смысла. Это русло как раз и задает рисунок. И с этой стороны правильность интерпретации будет в том, чтобы воздерживаться от оценочных замечаний. Нужно просто дать высказаться, поддержать мысль ребенка, развить ее, если это возможно, поделиться своими мыслями, опытом по этой теме.

Но есть и другая сторона. За каждой метафорической картой в нашей колоде стоит определенный жизненный или сказочный сюжет. Он указан в руководстве. Чтобы «далеко не уйти» в интерпретациях, лучше держаться фарватера авторского замысла о самом рисунке. Благодарю вашу редакцию за вопросы!

Все книги подборки

23.11.2019 17:01, @Labirint.ru



⇧ Наверх