Простые книги на сложные темы для самых маленьких. Слово трем авторам

Вы бы купили малышу книгу, если бы знали, что она об очень непростых вещах? Мы, родители, стараемся оградить наших детей от всего плохого, в том числе до самого последнего момента не хотим заговаривать с ними о старости, жизни и смерти, о жизненных проблемах. Мы помещаем детей в золотые коконы, надеваем на них розовые очки. Мы не знаем, когда наши малыши будут готовы встретиться с жизнью, но эта встреча может произойти в любое мгновение. Что же тогда? Не обрушивать же на ребенка те знания и размышления, к которым он еще не готов! И все же... с ребенком приходится говорить о многих непростых вещах. Быть может, лучше делать это через хорошую книгу?

Татьяна Волошина побеседовала с тремя авторами таких вот «непростых» книг для малышей. Это Ксения Горбунова с книгой про жизнь, расширение, выход за рамки «Точка растет», Наталья Евдокимова с книгой про юность и старость «Тропинки Никиты» и Галина Дядина с книгой «12 сов» про СОВсем не детские вещи.



Татьяна Волошина Как вы считаете, можно ли с маленькими детьми говорить на такие серьезные темы, как жизнь и смерть, старость, отношения между мужчиной и женщиной, о том, как устроен мир, о религии и философии?

Ксения Горбунова Я думаю, что говорить на такие темы нужно. И чем раньше, тем лучше. Мы сейчас наивно считаем, что детям подавай только фей и трансформеров. На самом деле все глубже. Например, где-то в три года ребенок впервые сталкивается со страхом смерти, потери. Боится, что мама умрет, боится сам исчезнуть. Прямо-то он тебе ничего не скажет, потому что в семье об этом не принято разговаривать. И тут важно не оставлять ребенка один на один с его вопросами.

Раньше вот существовали маленькие сказки, потешки. Они рассказывали ребенку о мироустройстве. Мышка разбила яичко, Лиса съела колобка, теремок сломался... Мне кажется, эти сказки для того и были созданы, чтобы, если возникнут вопросы, страхи, малыш мог, не боясь, обсудить это с мамой.

Сейчас очень раздуто понятие «психологическая травма». Есть мамы, которые боятся ее «нанести» и поэтому избегают серьезных тем, растят маленького человека в стерильности. Откуда тут взяться иммунитету?

Мне кажется, говорить о серьезных темах нужно. В этом нуждается любая душа. Время быстро пролетит, ребенок вырастет, период привязанности ослабнет. И захочешь рассказать, а уже не сможешь. Не услышит.

Поэтому важно не терять время. Разговаривать, задавать вопросы сейчас. Что такое любовь, жизнь, Бог, дружба? Как вырасти хорошим человеком?

НЕ Мир маленьких детей такой же большой, как и наш. В нем есть и радости и горести. Ребенок учится правильно держать ложку, ходить, радоваться и учится переносить потери. Потери — тоже часть мира, и кто мы, чтобы их из мира изымать?

Недавно мой младший сын пришел из школы удивленным: он увидел, что на уроке физкультуры дети очень расстраивались, когда проигрывали — злились, искали виноватых, были в ярости. Он, умеющий и проигрывать, и выигрывать, даже не думал, что можно не уметь этого делать. Мне кажется, ребенок всегда возьмет из разговора со взрослым ровно столько, сколько ему сейчас нужно. Он может оказаться и не готовым к каким-то темам и чаще всего может сказать об этом сам.

Галина Дядина Думаю, что можно. Считаю, что с детьми вообще стоит много говорить, разбираться с ними в разных вопросах, как можно больше общаться о жизни, окружающем мире, отношениях, чувствах, разных особенностях вещей, людей, явлений. О будничном и не будничном. Разглядывать мир и стараться его понять, объяснить друг другу. Общение — это самая главная необходимость в жизни.

ТВ Насколько важны книги для малышей на подобные темы? И чего нужно избегать писателю, если он отважится написать подобную книгу?

КГ Важны. Книга — это инструмент, с помощью которого все эти вопросы могут в семье обсуждаться. Будет странно, если мама торжественно объявит: «А сейчас мы будем говорить о сострадании!». Лекции никто не любит. А вот если есть увлекательная история, малыш с удовольствием в нее ныряет.

И уже в процессе чтения мама может спрашивать. Как думаешь, что чувствует герой? Ему одиноко? А тебе?

Малыш думает, сравнивает, решает внутри себя вопросы, растет.

Вообще, совместное чтение — это магия. Сокровенный процесс, когда души мамы и ребенка сидят, обнявшись.

Чего нужно избегать автору? Мне кажется, прямолинейности. Некоторые вещи не нужно называть прямо. Ну вот взять слово «бессилие». Для малыша это — пустой звук. За ним не стоит никакого образа. Но если дать картинку: заяц упал в яму и никак не может выбраться — другое дело, сразу включается сопереживание. Так, автор может превратить страх в чудище, а любовь — в волшебный меч. Это очень увлекательно! Можно по-разному играть в малышовой книжке. Главное, не пытаться учить и назидать. Этого никто не любит.

НЕ Такие книги важны так же, как и любые другие книги. И дело не только в желании «просветить молодежь». В случае с «Тропинками Никиты» я просто хотела рассказать историю. У каждого писателя свой набор средств и, наверное, каких-то рамок, — и каждый решает сам, как нужно рассказать историю. Здесь не может быть каких-то четких правил и общих рекомендаций.

ГД Нужно избегать пессимизма. Пошлости. Категоричности. Фанатизма. Детство — светлое время жизни. Чуткое и ранимое. Нужно постараться быть бережным.

ТВ На какие серьезные темы вы сами хотели бы поговорить с читателем в ваших новых книгах?

КГ На многие. Особенно мне интересны темы роста и трансформации. Поиска своего места в жизни. Свободы делать, что хочется. Умению слушать себя и других. Принятию своих особенностей. Способности превращать слабость в силу.

Также, для меня сейчас актуальна тема дома. Я мечтаю, чтобы у нашей семьи появился свой дом. Поэтому неосознанно переношу эту мечту в книгу. Не знаю, что в итоге получится, но сам процесс мне очень нравится.

НЕ Я не ставлю перед собой цель написать книги на ту или другую тему. Для меня все начинается не с темы, а с идеи. А внутри идеи, как в сокровищнице, могут оказаться и серьезные разговоры, и важные темы, и хорошие встречи.

ГД О доброте, сочувствии, взаимопонимании, доверии.


В конце нашей беседы мы задали Ксении, Наталье и Галине несколько вопросов о написанной ими книгах.

ТВ Как родилась идея написать такую книгу?

Наталье Евдокимова Эта история произошла с нами. В книге с мальчиком гуляет мама, в нашем случае это были чаще прогулки с бабушкой. Конечно, часть истории придумана, но дедушка в ней — настоящий, и яблоко было настоящее. И это пожухлое, долго ждавшее яблоко стало для меня целым миром, и в нем было столько чувств, что вместить их в себя было сложно. Наверное, поэтому появилась история.

Ксения Горбунова Самое интересное, я не планировала создавать что-то прям философское. Как и все лучшее, «Точка» родилась из игры. Мне захотелось подурачиться — оживить на странице точку. А потом — пошло-поехало. Точка вдруг стала мокрой и сообщила, что она, вообще-то, никакая не точка, а лужа. Дальше история сама себя писала, а я только неслась следом, удивлялась и радовалась.

ТВ О чем ваша книга для вас в первую очередь?

НЕ Наверное, я должна сказать, что это история — о встрече молодости и старости; о их схожести и отличиях; о дорогах, по которым мы идем, и о дорогах, которые ведут нас. Это, конечно, так. Но не только. Для меня это еще и история о дружбе. А дружба может быть и такой — безмолвной, редкой и никуда не исчезающей. Ты можешь прошагать сотни тысяч километров и знать, что где-то там кто-то всегда хранит для тебя яблоко.

КГ Для меня «Точка» получилась о расширении границ и способности впускать в себя новое. Становиться шире и шире, вмещать больше чувств, идей и точек зрения. Не чувствовать, позволять себе мечтать и вместе с этим расти.

ТВ Понимают ли, чувствуют ли маленькие дети ее философию?

КГ Мне радостно, когда думаю об этой книге. Не знаю, считывает ли все это детская душа. Разве что подсознательно. Мне хватает того, что детям просто нравится история о точке, которая вдруг решила стать чем-то большим. А еще они просто пищат от превращений. Хохочут прямо! Для меня это высшая радость. Спасибо огромное за такие интересные вопросы! Какое счастье на них отвечать и открывать в себе все эти темы.

НЕ Наверное, каждый из детей понимает эту книгу на своем уровне. Но я думаю, что дети чувствуют — все в книге произошло правильно и лишь только так, как могло произойти.

Галина Дядина По большей части эта книга не для маленьких детей. Поэтому малышам ее читать сложно. Скорее всего даже невозможно. Думаю, она для младших школьников. Недавно получила приятный отзыв от девочки Пелагеи, которая очень любит сов (однажды даже бесстрашно держала их на руках!) и учится в третьем классе. Жаль, что мы не придумали сову Пелагею. Тоже совиное имя!

ТВ Спасибо и вам за интересные и живые ответы! И напоследок хочется отметить, что книги наших авторов, с которыми удалось побеседовать, отнюдь не депрессивные и скучные — они добрые, веселые, красочные, интересные и увлекательные — то, что нужно для самого юного читателя.

29.10.2020 10:11, @Labirint.ru



⇧ Наверх