«Порог» — это способ продолжить мое личное общение с Воландом. Интервью с Олегом Роем

В этом году Олег Рой отмечает 30-летие творческой деятельности. Если сложить тиражи всех его книг, для взрослых и детей, которые вышли к настоящему времени, то число превысит 20 млн экземпляров. За автором сложилась прочная репутация главного романтика современный русской литературы. В год творческого юбилея Олег Рой открывается читателям с абсолютно другой стороны — новый роман «Порог», который этой осенью представляет издательство «Рипол-Классик», — это мистический триллер, наполненный философскими мыслями об искушениях, страстях и человеческих слабостях, жертвах и цене, которую люди готовы платить за свои мечты. Роман пронизан аллюзиями на один из главных русских романов ХХ века — «Мастер и Маргарита» — и является данью уважения М. А. Булгакову, юбилей которого в этом году отмечает читающая Россия. Мы поговорили с Олегом Роем о том, какую роль в его судьбе сыграло творчество Михаила Афанасьевича и, конечно же, о новом романе.

Лабиринт Когда вы познакомились с творчеством Михаила Афанасьевича? Какое произведение вы прочитали первым и какое оно произвело на вас впечатление?

Олег Рой Это произошло в один из самых значимых периодов моей жизни — во время занятий в театральной студии. Учась в старших классах, я получил настоящий подарок судьбы — случайно оказался в коллективе Молодежного театра «Импульс» при Дворце культуры. Это была целая эпоха, кардинально изменившая меня как личность, открывшая мне совершенно новый мир. Был среди этих открытий и роман «Мастер и Маргарита». Тогда он еще не издавался в виде книги и ходил по рукам в единственно доступном журнальном варианте. Кто-то, сейчас уже не вспомню кто, дал мне ненадолго самодельную книжку, кое-как переплетенную и зачитанную в буквальном смысле до дыр. Я читал всю ночь, с фонариком под одеялом, не мог оторваться. Утром пошел в школу совершенно другим человеком. Это было непередаваемое ощущение — будто приобщился к кругу избранных, будто открылась некая тайная дверь туда, куда нет хода всем остальным, а мне дозволили переступить порог и получить некое особенное вселенское знание.

Л Как развивалось ваше знакомство с творчеством автором?

ОР Честно признаюсь, что затмить впечатление от «Мастера и Маргариты» не удалось никакому другому произведению Булгакова. Когда его книги стали доступны, я добросовестно прочитал «Белую гвардию» и «Театральный роман» (до «Господина Мольера» руки так и не дошли), и «Записки юного врача», и «Записки на манжетах», и повести, и некоторые пьесы. Но столь сильный эффект, как «Мастер и Маргарита», больше не произвело ничего. Разве что «Собачье сердце», причем даже не столько книга, сколько фильм. Но это все же несколько другое.

Л У вас есть какая-то личная история, связанная с Булгаковым?

ОР И далеко не одна. Но не столько с Булгаковым, сколько с тем местом, которое в нашем сознании уже неразрывно связано с Михаилом Афанасьевичем и его великим романом — Патриаршими прудами. Еще в юности, мечтая побывать в Москве, я думал не о Кремле, Красной площади или Тверской (тогда она была еще улицей Горького), а о Патриарших. И первый раз приехав в Москву, как только представилась такая возможность, сразу же поспешил на Патриаршие. Наконец-то увидел все своими глазами, отметил, что изменилось, а что сохранилось со времени действия романа, попытался пройти тем путем, которым шел Иван Бездомный, преследуя Воланда и его свиту, правда, не вышло — заблудился. Ведь Москвы я тогда еще совсем не знал, а смартфонов с навигаторами не было и в помине.
С того времени и до сегодняшнего дня это один из самых моих любимых районов столицы. Хотя с тех пор, как я впервые оказался там, Патриаршие успели прожить несколько разных жизней, минимум трижды кардинально меняли свой имидж, облик и атмосферу. Но это совсем другая тема, о которой я пишу в своем блоге, и к которой я еще не раз обязательно вернусь в своих будущих романах. Ведь не писать о Патриарших просто невозможно. Это удивительное, очень мистическое место. Слышал, что почти в каждой семье коренных москвичей есть своя легенда, связанная с Патриаршими, своя история, своя примета. Некоторые из них становятся всеобщим достоянием — как обычай пожимать лапу волку из скульптурной композиции «Басни Крылова». Считается, что этот ритуал может на какое-то время дать защиту от конфликта с тем, кто сильнее тебя, — будь то начальство, власть или криминал.

Я хоть и не коренной москвич, но Патриаршие приняли под свой мистический купол и меня. Каждый раз, когда это нужно, они посылают мне знаки. Например, в случайно услышанном разговоре звучит ответ на мучающий меня вопрос, — часто даже прямой, чуть ли не буквальный. А началось с того, что однажды я гулял вокруг пруда, обдумывая важный вопрос: мне предлагали выгодное сотрудничество с людьми, которых я мало знал и подсознательно не доверял им. Я мысленно взвешивал все «за» и «против», решая, соглашаться на предложение или нет, и вдруг увидел перед собой на столбе знак «Никогда не разговаривайте с неизвестными». Тогда я не понял, что это не просто забавная табличка — это сигнал судьбы, и адресован он именно мне. Я все же согласился на сотрудничество, и это оказалось большой ошибкой. А ведь Патриаршие меня предупреждали. Кстати, знак после этого исчез. Умом я понимаю, что его просто кто-то стянул. Такое происходит периодически, знак то и дело воруют, а потом восстанавливают вновь и вновь. Это такой аналог кота Шредингера, — знак, который одновременно и существует, и нет. Но все же есть ощущение, что все произошло неспроста.



Л Вы сразу задумывали «Порог», как оммаж «Мастеру и Маргарите»? Долго ли вынашивали эту идею?

ОР Да, сразу. Как только я задумал роман, точнее, даже серию романов о дьяволе, то понял, что просто не смогу обойтись без образа Воланда. Это как у Игоря Губермана: «Мы так гениально придумали Бога, что, может быть, Он теперь есть». С Воландом та же история. Булгаков вывел столь великолепный образ Князя тьмы, что его уже трудно вообразить каким-то иным. Не потому, что невозможно, совсем нет, очень даже возможно, в мировой литературе и кино полным-полно самых различных образов дьявола и его слуг. А потому, что образ Воланда настолько привлекателен, что с ним просто невозможно расстаться. Хочется продолжения истории, чтобы еще и еще… Думаю, создатели фанфикшн, жанра, ставшего необычайно популярным в последние несколько десятилетий, меня отлично поймут. Так что «Порог» — это не только оммаж, но еще и в какой-то мере фанфик. Способ продолжить мое личное общение с Воландом.

Л Не раскрывая карт, расскажите, чертами каких героев «Мастера и Маргариты» вы наделили персонажей «Порога»? Что было самым трудным в работе над образами?

ОР На самом деле, вопреки уже сложившемуся мнению (как так получилось — для меня загадка) «Порог» ни в коей мере не повторяет ни тему, ни идею, ни, тем более сюжет булгаковского романа. Это абсолютно другая история, с абсолютно иным развитием абсолютно иных событий, с абсолютно другими героями, не имеющими ничего общего ни с Мастером, ни с Маргаритой, ни с какими-то еще персонажами книги Михаила Булгакова. Герой «Порога», Жан-Жак Альбин Бизанкур, скорее, ближе к Фаусту, поскольку его душа тоже принадлежит темным силам. Но и темные силы в моей книге совсем другие, гораздо менее симпатичные, чем в «Мастере и Маргарите». Это настоящие демоны, не романтизированные, как у Булгакова, а действительно воплощающие в себе зло, пороки и все, что отвратительно человеку со светлой душой.

Л Не боитесь хейта со стороны многочисленной толпы фанатов Булгакова?

ОР Нисколько не боюсь. Во-первых, то, что сейчас называют хейтом — это неизменный атрибут популярности, часть расплаты за те преимущества, которые дает известность. Если ты хоть чем-то выделяешься из толпы, то это обязательно кому-то не понравится. Так было всегда и везде. Это закон стаи, массовой психологии, которая у людей, несмотря на много веков эволюции мало чем отличается от психологии животных. Если ты не такой, как все — тебя дружно клюют. Особенно в наше время, когда появление интернета предоставило каждому недовольному возможность не просто бухтеть себе под нос, а поделиться со всем миром своим «бесценным» мнением. Вот людишки с мелкой подленькой душонкой, которые сами ничего не достигли и ни на что не способны, сидят за гаджетами и самоутверждаются, поливая грязью тех, кто, в отличие от них, что-то делает и как-то реализуются. А уж если объект их нападок еще и успешный, известный человек, то хейтить его — двойное удовольствие. По отношению к таким людям обычно испытываешь разве что жалость, смешанную с брезгливостью, но никак не боязнь того, что они о тебе скажут.

Я никогда не читаю отзывов и комментариев, если они не адресованы лично мне. Понравилось мое творчество кому-то, заинтересовало, заставило задуматься, доставило положительные эмоции — я очень рад. Не понравилось — тоже ничего страшного. Как говорил лауреат Нобелевской премии Иван Бунин, «я не золотой червонец, чтобы всем нравиться».

Это первое. А второе — все настоящие поклонники Михаила Афанасьевича прекрасно знают, что «Мастер и Маргарита» — в свою очередь такой же оммаж, как и «Порог». Автор и сам никогда не скрывал, что его гениальный роман написан под влиянием «Фауста» Гете. И в этом нет ничего зазорного.

Л Вы пишете уже 30 лет, и все знают вас, как мастера сентиментальной прозы, но «Порог» не похож ни на один ваш роман. Почему вы решили сменить амплуа?

ОР Я бы не сказал, что «Порог» так уж принципиально не похож ни на один из моих романов. Мои книги очень разные — такой уж я человек, меня вечно кидает из крайности в крайность. Сегодня у меня приподнятое настроение, я полон сил, и весь мир кажется прекрасным, а завтра могу впасть в уныние и даже депрессию. Конечно, это не может не отразиться на моем творчестве. Да, я написал немало светлых лирических историй о чувствах, об отношениях, о любви, и все они, как правило, со счастливым финалом. Но есть у меня и по-настоящему мрачные вещи, мистические или фантастические, которые и заканчиваются совсем не радужно. Это, например, триллер «Сценарий собственных ошибок» — история о человеке, которому представилась уникальная возможность увидеть фильм о самом себе, о своем реальном прошлом, настоящем и будущем. Это и мистический роман «Старьевщица», герой которого встречается с женщиной, покупающей у людей самые дорогие им воспоминания. Это и вышедший два года назад роман «Верь в меня» о начинающем писателе, который сам не отдавая себе в этом отчета, заключил сделку с нечистой силой ради успеха и славы. Кстати, многие читатели в своих отзывах отмечают большое сходство романов «Верь в меня» и «Порог». Что не удивительно, поскольку эти вещи изначально задумывались как трилогия, хотя и стали в процессе работы отдельными произведениями.

Л Могут ли ваши фанаты ждать от вас новых мистических романов?

ОР Разумеется. И, надеюсь, в самом ближайшем времени. Во-первых, как я уже говорил, «Порог» — это своего рода часть цикла, несостоявшейся трилогии, и я продолжаю сейчас работу над третьим романом из этой серии под названием «Пасьянс „Коммерческое счастье“». Но еще до него я планирую выпустить книгу с рабочим названием «Сюжет». Жанр ее трудно определить: то ли это сентиментальный роман с элементами мистического триллера, то ли мистический триллер с элементами сентиментального романа. В любом случае я очень надеюсь, что моим читателям придется по душе история о девушке, придумавшей трагический сюжет о себе самой и вдруг обнаружившей, что все созданное ее воображением начинает сбываться.

06.10.2021 10:02, @Labirint.ru



⇧ Наверх