Ко Дню космонавтики. Письма Сергея Королева

В преддверии Дня космонавтики издательство «Бослен» и Музей космонавтики представляют книгу «Королев. Горизонт событий. Нежные письма сурового человека. 1947−1965». Мы попросили директора Музея космонавтики Наталью Артюхину рассказать о том, как появилась эта книга.

Наталья Артюхина, директор Музея космонавтики: Недалеко от монумента «Покорителям космоса» на 1-й Останкинской улице стоит небольшой двухэтажный особняк, окруженный садом. Не каждый знает, что именно здесь с ноября 1959 года по январь 1966 года жил Сергей Павлович Королев — главный конструктор ракетно-космических систем; человек, руководивший практической космонавтикой Советского Союза в годы ее самых великих достижений.


После ухода из жизни С. П. Королева его жена, Нина Ивановна Королева (1920−1999), в память о муже передала дом государству. 1 августа 1975 года был открыт Мемориальный дом-музей академика С. П. Королева.

В доме-музее все сохранено так, как было при жизни Сергея Павловича. В экспозиции представлены личные вещи семьи Королевых, документы, фотографии, мебель, предметы быта, научно-техническая и художественная библиотеки. Все это также было передано на государственное хранение Ниной Ивановной Королевой.



Хрупкая, умная, наделенная природным тактом и чувством достоинства, Нина Ивановна в течение девятнадцати лет делила с Сергеем Павловичем его нечеловеческий темп жизни. Иногда (в сумме всех командировок) Главный конструктор отсутствовал в доме на Останкинской до полугода. Каждая вещь в доме Сергея Павловича — маленькая, но очень важная история его жизни. На первом этаже, в гостиной, стоит пианино фирмы Steinway&Sons — подарок Сергея Павловича жене. Часто бывая на ракетных полигонах, он тосковал по дому, где ждали его тепло, уют и любовь Нины Ивановны.

Вместе со всеми документами супруга Сергея Павловича передала в фонды музея личные письма Главного конструктора. Долгое время она дружила с первой заведующей домом-музеем Ларисой Александровной Филиной, которая приняла эти письма, систематизировала и подготовила их к первой полной музейной публикации в 2007 году. «Нежные письма сурового человека» — именно так, очень точно и проникновенно была названа эта книга.



Читая письма, понимаешь, как Сергей Павлович был привязан к своему дому, как тосковал по домашнему укладу и уюту. Но письма Королева — это не только лирика и быт, это еще и своеобразная летопись истории советской ракетно-космической отрасли. В них остро чувствуется напряжение тех великих двадцати лет послевоенного развития космонавтики. Для Музея космонавтики издание этих писем — значимый и ответственный этап, позволяющий показать жизнь Главного конструктора с очень личной стороны.

Над книгой работал большой музейный коллектив. И мне хочется искренне поблагодарить каждого, кто причастен к сохранению наследия Сергея Павловича Королева и осуществлению этого музейного проекта.

Каким я знала Сережу. Штрихи к портрету C. П. Королева по запискам Н. И. Королевой

...Добрым, ласковым, необычайно внимательным (при его-то занятости), заботливым, доброжелательным. Ценил время других, оттого и сам был обязателен. Умел прощать человеческие слабости людям, работавшим с ним во имя служения общему делу. Обладал редкой способностью объединять вокруг себя людей, заражать своим энтузиазмом, был вспыльчив, но ненадолго, быстро отходчив. Если чувствовал, что виноват, не боялся признать это и извиниться.

Иногда по пустяку мог устроить бурю в стакане воды, в основном когда приходил с работы «взвинченным». Сережа был прост в обращении с людьми, лишен всякой манерности, никогда не подчеркивал своего превосходства над людьми. В быту был неприхотлив: в одежде, в пище. Никогда не стремился к обогащению. Не использовал служебного положения в личных целях. Старался людям делать добро. Я всегда имела свое мнение, суждение, но не всегда совпадающее с его. Это тоже вызывало кратковременную бурю.


Был всегда непримирим, если видел, что человек лжет, хотя сам не всегда был правдив. Правда, это он называл «фантазией». Был требовательным, жестким, но никогда не был жестоким. Мне не раз приходилось слышать, как по телефону с ближайшим своим заместителем Сережа, на мой взгляд, говорил в недопустимо резком тоне, даже оскорбительном. В таких случаях я непременно вмешивалась, чего бы мне это ни стоило, пытаясь вразумить его. Как это ни покажется странным, мои советы помогали, и к ним он прибегал нередко и очень прислушивался. Сергею Павловичу очень нравился художественный фильм «Все остается людям» и заключительные слова главного героя: «Все остается людям, и в этом оставшемся — мое забвение или мое бессмертие!».

Все книги подборки

11.04.2019 20:01, @Labirint.ru



⇧ Наверх