«„Хрясь“ в английском языке чрезвычайно разнообразен». Интервью с переводчиком Анной Савиных

В издательстве «Лайвбук» вышла книга Эдди Уорнера «Моя земля — твоя земля», графические истории разных микрогосударств вроде проекта австралийского фермера, объявившего свои земли независимым государством и объявившего войну британской короне. На русский язык книгу перевела Анна Савиных, мы поговорили с ней об особенностях перевода графических романов.

Владислав Толстов Анна, какие книги вам приходилось переводить раньше? Как давно занялись переводами?

Анна Савиных Художественным переводом я занялась уже взросленькой, и почти случайно. По образованию я искусствовед, даже музеевед (есть такое слово), а работала журналистом, ну, и иногда переводила технические тексты. А потом мне предложили перевести одну маленькую детскую книжку, вторую, а потом аж легенды о короле Артуре! И вот после этого я пошла учиться переводу на семинар Александры Борисенко и Виктора Сонькина в МГУ, и это было лучшее решение в жизни. Сейчас на моем счету 12 книжек, детских и взрослых. Больше всего горжусь переводами двух детективных романов Дороти Сэйерс — «Где будет труп» и «Медовый месяц в улье» (этот переводила вместе с Олегом Поповым), это пленительный текст, очень английский, насыщенный литературной игрой и пересыпанный цитатами. Очень люблю эпистолярный роман «Куда ты пропала, Бернадетт?» американки Марии Семпл. А еще мне повезло участвовать в переводе книги Джулиана Барнса «Открой глаза», это сборник эссе об искусстве, мы делали его большой компанией участников нашего семинара. Правда, я не могу себя честно назвать «переводчик художественной литературы», этим очень сложно прокормиться, так что худлит — это скорее очень трудоемкое хобби. Я занимаюсь кинопереводом, в основном сериалов.


ВТ Приходилось ли раньше переводить для «Лайвбук»?

АС Для «Лайвбука» я за последние три года сделала две книжки комиксов Энди Уорнера: «Краткие истории обычных вещей» и «Моя земля — твоя земля», а еще афрофеминистское фэнтези «Кто боится смерти» Ннеди Окорафор. Это, что называется, «крутой коктейль» из постапокалипсиса, магии, женского эмпауэрмента, а в завязку сюжета легли, представьте себе, массовые изнасилования в Судане. Главная героиня — плод такого изнасилования. Это довольно жесткая книга, там все спасает магия, помогает сюжету вырулить к относительно светлому исходу.

ВТ Книга Энди Уорнера названа «графической историей». Насколько отличается практика перевода комиксов от перевода «текстовой» книги, какие есть особенности работы с таким переводом?

АС Есть чисто технические особенности: переводной текст должен поместиться в отведенную для него автором рамку (или пузырь), так что его приходится «укладывать», как при кинопереводе. Еще, наверное, это похоже на перевод пьесы: куча персонажей, каждый говорит своим голосом, иногда обращаясь к автору, иногда — к читателю. И по общему ощущению тоже здорово напоминает перевод кино: у комикса есть ритм и темп, в которые нужно попасть и не сбиться. Вообще, текст в комиксе бывает трех видов: от автора, прямая речь персонажей и «хрясь». «Хрясь» в английском языке чрезвычайно разнообразен: здесь работает закон, согласно которому одно и то же слово может быть любой частью речи — глаголом, прилагательным, а уж междометием сам Бог велел. В «Моей земле» было еще по-божески, максимум — надо было передать на письме звук самолетного мотора. А вот в «Кратких историях» ты то и дело зависаешь, думая, какой именно звук издает, например, бильярдный шар при падении на пол, когда сначала подпрыгивает (bounce), а потом катится (roll). Или с каким звуком мы чистим зубы.

ВТ Переводчикам часто приходится для того, чтобы перевод получился более полным и точным, изучать дополнительные материалы, иногда даже списываться с авторами переводимых книг. Какие материалы вы изучали при работе над книгой Энди Уорнера, есть ли другие книги, выполненные в столь необычном жанре «комикса-путеводителя»?

АС Конечно, я «копала фактуру»: лезла в интернет и читала про каждое мини-государство или проект по-русски и по-английски. Говорят, хорошая лекция или статья получаются, когда автор рассказывает 10% того, что знает. С переводом это работает похожим образом.


ВТ В последние годы заметный издательский тренд — все больше выпускается комиксов, которым сами издатели придумали определение «графический роман». Как человек, работавший над переводом комикса, скажите — дает ли он более широкое представление о теме, чем «просто» книга, традиционная, без картинок?

АС Я бы сказала, что он дает ощущение более близкого общения с автором. Тему ты видишь его глазами, отношение к героям чувствуешь, и даже если жанр комикса вот такой, познавательный, все равно авторская интонация ведет. Чувство юмора, степень иронии — все это превращает энциклопедию в рассказ.

ВТ Над чем вы работаете сейчас? Вопрос, который задаю каждому переводчику: есть ли у вас какая-то заветная книга, которая еще не переведена на русский, но вы хотели бы познакомить с ней российского читателя?

АС Сейчас я, помимо основной работы над локализацией сериалов, перевожу книгу Эндрю Шона Грира «A Story of a Marriage», она написана от лица женщины, причем афроамериканки, а действие происходит в 1950-х годах. Мечтаю переводить Дороти Сэйерс! Уверена, что русскоязычному читателю нужно как можно больше лорда Питера Уимзи (это ее сыщик-аристократ). Смею надеяться, я за две книги настроилась на этого автора и умею плясать под ее дудку. И герои очень, очень мне близки. Я тоже из тех, кто в любой непонятной ситуации сыплет цитатами и от всего защищается иронией. Ее много переводили в 90-х, причем «как детектив», то есть быстро и не обращая внимания на мелочи — цитаты, игру слов, ритм, реалии, в конце концов. Ее текст такой подход убивает. Мы заново перевели 4 ее романа про лорда Питера, но всего-то их одиннадцать!

16.12.2020 10:01, @Labirint.ru



⇧ Наверх