Дмитрий Гасин. «Отказ от выбора — тоже выбор». Жвалевский и Пастернак о новой дилогии «Грабли сансары»

Андрей Жвалевский и Евгения Пастернак уже 15 лет пишут для подростков в четыре руки и две головы: «Время всегда хорошее» о путешествиях во времени, «Я хочу в школу!» о школе мечты, «Правдивую историю Деда Мороза», где перед глазами читателя проносится весь XX век как новогодняя сказка... В «Гимназии № 13» они соединили школьную повесть с квестом и славянским фэнтези, в «Смерти мертвым душам» — мистику с важным общественным высказыванием о классике, которой все времена и возрасты покорны, если вы умеете ее преподносить... Детектив с социальным посылом («Охота на василиска» ), бальные танцы с информационной войной («Открытый финал») и эпический подростковый роман, в котором третий не лишний, а любимый город («Сиамцы») — а общем, чего двухголовый писатель Жвалевский-Пастернак только не выдумывал.

А не выдумывал он продолжений и сериалов: некоторые проблемы можно назвать сквозными для творчества Жвалевского-Пастернак, но всякий раз их решают совсем другие герои в рамках совсем другой истории. И вот этой осенью произошло невероятное: под одной обложкой и общим названием «Грабли сансары» выходят две повести соавторов, мало того что связанные общими героями — вторая еще и является продолжением первой. Как так получилось, зачем понадобилась вторая повесть и чего нам от ждать от новой книги, спросил у Андрея и Жени Дмитрий Гасин.

Дмитрий Гасин «Грабли сансары» — случай, нетипичный для вашего творчества. Уговаривали, уговаривали вас написать продолжение книги «Время всегда хорошее» — да так и не уговорили! Объяснитесь, пожалуйста: почему две повести на схожую тему у вас выходят дилогией?

Евгения Пастернак На самом деле, мы не знаем. Мы такого не планировали.

Начать надо с того, что повесть вообще получилась очень капризной. Я имею в виду «Сорок с половиной недель» — теперь это первая часть «Граблей сансары». Мы задумывали ее как историю о 16-летней девочке, которая беременеет, — и героиня поначалу получалась у нас такой, в общем-то, глупенькой, однако мы надеялись, что беременность заставит ее повзрослеть. Но мы писали-писали — и где-то в середине книги поняли: характер у нашей героини таков, что ничуть она не взрослеет.

Андрей Жвалевский Это было бы просто неправдой, если бы она по щелчку что-то поняла.

ЕП У нее все время есть попытки что-то понять — она вдруг начинает что-то чувствовать, над чем-то задумываться, — но внешние обстоятельства таковы, что повзрослеть ей просто не дают. В середине книги у нас вдруг придумался финал — довольно грустный и жестокий, не такой, как у нас обычно.

АЖ Да, что у нас действительно нетипично получилось в этот раз — это финал первой части. Когда-то она была единственной — но, когда мы ее дописали, выяснилось, что для книги она коротковата и все равно нужно что-то добавлять. Изначально мы не задумывали никаких продолжений — хотели просто написать еще одну повесть «в рифму» к первой.

ЕП Очень интересно вышло с темой книги. Вроде бы хотели написать о подростковой беременности — и только к концу первой части поняли, о чем она для нас на самом деле. Это книга о нелюбви — если бы Звягинцев не снял свой фильм, мы бы, наверно, так повесть и назвали. Мы всегда сами о себе говорили: «Жвалевский и Пастернак все время пишут про любовь». У нас всегда хоть где-нибудь какая-нибудь любовь есть — даже в «Охоте на василиска» и «Пока я на краю»: книжки, казалось бы, такие безнадежные, а все равно любовь вытягивает героев. Тут же получилась такая история, в которой все на первый взгляд есть: семьи есть, секс есть, дети есть, беременность есть — а любви нет...

АЖ Причем беременность беспроблемная, никакого токсикоза и прочих ужасов — здесь проблемы совсем из другой плоскости.

ДГ Да что вы говорите? Все эти страшные слова входят в список запрещенных в детской библиотеке, в школе... То есть все вроде все знают, но кто же о таком книжки пишет?

ЕП Ой, мы уже много чего наслушались об этой книге. Вообще тест-читатели изумляют — ты никогда не знаешь, что им понравится и что вызовет негодование. [Дальше идет небольшой и не очень значимый спойлер — но если вы его опасаетесь, лучше не читайте этот абзац]. Например, у нашего 17-летнего героя есть взрослая любовница, этой женщине 35 лет. Когда мы отправляли книгу тест-читателям, мы думали, что нас сейчас за педофилию просто убьют, будут кричать, что так нельзя, растление... А все читатели вдруг прониклись к этой Владе такой любовью — и все говорят: «Какая она молодец! Какая мудрая женщина! Как правильно поступает!». Я просто развожу руками. Нет, она, конечно, хорошая — и когда мы о ней писали, мы ничего плохого не имели в виду, но то, что общественное мнение оказалось полностью на ее стороне, для меня абсолютная неожиданность.

[Конец спойлера]

АЖ Там, конечно, как всегда, огромный разброс — мы периодически задавались вопросом: «А точно об этой повести пишет рецензент?»

ДГ «Тот ли текст они читали?»

ЕП Именно! Один ли файл я рассылала всем этим людям?

АЖ Такое чувство, что файлы были совершенно разные файлы — потому что одни и те же герои у кого-то вызывали сочувствие, кто-то их ненавидел, а кто-то говорит: «Ну, они просто обычные».

ЕП Большинство читателей ругали родителей Аси — мол, какие они дураки, как ей не повезло с родителями. И тут приходит отзыв: «Боже, какие у нее классные понимающие родители! Как девочке повезло!».

ДГ Эффект на самом деле ожидаемый: вы берете тему, по поводу которой в обществе нет единства мнений, поскольку царит страх. Никто на эту тему вслух и не размышляет — чтобы не навлечь беду. Как родитель, я этот страх прекрасно понимаю — но пока не посмотришь ему в глаза, сделать ничего не удастся.

ЕП Наша героиня беременеет по химически чистой глупости — ничего больше, кроме глупости, там нет.

АЖ При этом она беременеет в 16 лет — еще сто лет назад это было абсолютной нормой, выйти замуж и родить в таком возрасте. А сейчас это не норма — и повесть отчасти посвящена тому, почему не норма. Со здоровьем у нашей героини все в порядке, с поддержкой тоже все в порядке — но у себя в голове она не готова к материнству и просто не понимает, что происходит.

ЕП Вокруг нее ходят очень понимающие взрослые, все ее уговаривают: «Асенька, ты должна принять решение». При этом никто не давит на нее, не тянет ни в одну, ни с другую сторону — ей просто нужно принять решение, оставлять ребенка или нет. А Асенька сидит, сложив лапки, и решать ничего не хочет.

АЖ И чтобы не пересказывать совсем уж всю повесть, давайте перейдем ко второй.

ДГ Да, это самый интересный вопрос — что же дальше? Есть ли жизнь после?

АЖ А дальше засада, потому что вторая повесть — не для подростков.

ЕП Некоторые считают, что и первая не для подростков, хотя формально герои «Сорока в половиной недель» — вполне тинейджеры: ей шестнадцать, ему семнадцать...

У нас, как уже понятно, есть два героя: мальчик и девочка, Ася и Гриша. В центре первой повести — Ася, девочка, которая беременеет, ее беременность тянется через всю повесть. Отца ее ребенка к концу повести рядом с ней нет, он пропадает из повествования. В эпилоге мы чуть-чуть написали о том, что будет дальше с героями — а о Грише не написали ничего. И 80% тест-читателей спрашивали: «А что с Гришей? А Гриша-то где?». Хотя казалось бы — ну слился мальчик и слился, уехал и уехал...

АЖ Он вообще играл далеко не первую скрипку во всей этой истории — но потом из вопроса «А где же Гриша?» родилась вторая повесть. Она о Грише — но это уже немножко не тот Гриша, с которым мы расстались в первой части, потому что прошло пять лет. Он закончил вуз, начал работать — и с ним стали происходить всякие события, о которых мы уж точно ничего не будем рассказывать, чтобы не спойлерить.

Уточним только одно: почему «Грабли сансары». Есть такое понятие «колесо сансары» — это когда ты проходишь через одну и ту же ситуацию несколько раз, и пока ты не сделаешь правильный выбор, это будет случаться с тобой снова и снова.

ЕП А одна наша тест-читательница, которой мы отправили вторую повесть, написала: «Слушайте, у вас не колесо сансары, у вас грабли какие-то». И мы сказали: «О, отличное название!».

ДГ А еще это прекрасное название, которое не отпугнет родителей, потому что большинство мам, прочитав заголовок «Сорок с половиной недель», подумает: «Нет, ну что вы, моей дочке это читать не нужно». А «Грабли сансары» — красиво и непонятно.

ЕП Ну у нас и истории закольцевались очень красиво, поскольку обе они об этом: о том, что человек ходит по кругу, и ты будешь совершать те же ошибки, пока не захочешь из круга вырваться.

АЖ И в первой повести у Аси постоянно появляется возможность вырваться из этого круга, но она ей так ни разу и не воспользовалась: всякий раз, попадая на развилку, она сворачивает не туда. Во второй повести мы поставили в похожую ситуацию Гришу — но как он себя в ней повел, мы не расскажем, это уже совсем спойлеры.

ЕП Я скажу только одно — то, что для меня очень важно. Когда мы поняли, что первая история получается о нелюбви, очень захотелось написать парную как раз о любви. «Сорок с половиной недель» — это история о том, как абсолютно хорошая, благополучная жизнь при отсутствии любви превращается в ад. А история Гриши — о том, что если жизнь вокруг ад, то любовь может вытянуть из этого ада.

АЖ Более того, она может родиться в этом аду. Чем хуже вокруг, тем ярче герои понимают, что у них творится внутри, и это помогает им жить.

ЕП Главное, что даже из тяжелейшей жизненной ситуации, если люди друг друга любят, они всегда найдут какой-то выход. В первой повести герои все время грызутся — вместо того, чтобы сесть и подумать вместе, они растаскивают реальность по углам.

АЖ И бесконечно друг на друга валят: а что я, а почему я? Все, кроме, может быть, одного героя, бесконечно уходят от ответственности. Во второй истории все сложнее — но, как нам кажется, и оптимистичнее.

ДГ Обычно в книгах для подростков герои в конце концов поступают «правильно». Вы же даете своим героям свернуть «не туда» — но всегда есть указатель, а куда свернуть следовало.

ЕП По крайней мере, мы показываем, что будет, если сделать каким-то определенным образом. Сделаешь так — будет так. Хочешь так? Пожалуйста — твой выбор!

АЖ Почему Асин выбор, который она делает раз за разом, неправильный? Потому что она отказывается от выбора. Отказ от выбора — тоже выбор. Вот это как раз хотелось вбить в голову: если думаете: «Ай, я умываю руки, я ничего не решаю» — это тоже решение. И оно очень сильно влияет на твою жизнь.

Все книги подборки

24.11.2018 14:10, @Labirint.ru



⇧ Наверх