Читает Шафферт. Рассказы для мудрых детей. «Детство Чика» Фазиля Искандера

Словосочетание «детские рассказы советского писателя» пробуждает у читателей определенные ожидания. Можно надеяться, к примеру, на юмористические сюжеты о школьниках, которые попадают в какие-то нелепые и смешные, если смотреть на них со стороны, ситуации, затем выпутываются из них и осознают свою ошибку. Читатель в этом случае чувствует себя умнее героя: уж он-то вряд ли бы всю ночь варил кашу, которая «убегает из кастрюли» (как Миша и Коля из рассказа «Мишкина каша» Н. Носова) и точно не провел бы «сто лет под кроватью» (как знаменитый Дениска из цикла рассказов В. Драгунского). Иное дело — Чик, герой Фазиля Искандера. На его фоне даже взрослый нет-нет, да почувствует себя глупцом, недаром в одном из рассказов Искандер сообщает, что «Чик чувствовал в глубине души некоторую зависть к такому упрощенному восприятию радостей жизни. Он понимал, что он сам на это не способен». Этот мальчик живет обычной детской жизнью, однако его мировоззрение, выражающееся в нестандартных оценках и рассуждениях, делает привычный жанр более глубоким. Впрочем, без юмора тоже не обойдется.

Рассказы «Детство Чика» не сразу сложились как единый цикл. Полтора десятка историй Искандер сочинял тридцать лет: первый рассказ с участием Чика, «Ночь и день Чика», появился в конце 1971 г., а последний, «Чик и белая курица», уже в 2000 г. Сборник издательства «Лабиринт Пресс» из серии «Друзья-приятели» отличается от привычной книги, тиражируемой с 1993 г.: туда вошли не все истории, а рисунки Виктора Чижикова неожиданно оказались цветными. Для первого знакомства читателей серии с циклом о детстве абхазского мальчика редакторы выбрали четыре рассказа: «Защита Чика», «Чик и Пушкин», «Чик знал, где зарыта собака» и «Чик на охоте».

Несмотря на то, что рассказы про Чика появлялись на протяжении десятков лет и порой с большими перерывами, герой почти не меняется и не взрослеет. Действие всех историй происходит в одном месте и примерно в одно время. Условным географически центром становится миасский (или, привычнее для нас, сухумский) двор, где живет семья Чика, именно туда возвращается мальчик после досадной ссоры с учителем литературы, с театральных репетиций, увлекательных азартных игр или охоты. На дворе стоят внешне благополучные и внутренне тревожные предвоенные годы, впрочем, в книге не так уж много примет времени, разве что поиски «вредителей», которые только и ждут, как бы угробить экономику страны. Сам Чик куда больше сосредоточен не на политике, а на повседневных проблемах и философских вопросах, рождающихся на стыке с ними. Именно способность героя размышлять и связывать разные события друг с другом определяют сложность сюжетов рассказов: в каждом из них происходит какая-то одна история, однако Чик в связи с ней будет вспоминать и думать о разном.

В первом рассказе сборника, «Защита Чика», мы узнаем, что главным убежищем мальчика, который, подобно Тому Сойеру, живет вместе с требовательной и сварливой тетушкой, становится дерево. Только там можно скрыться от назойливого внимания и вопросов. Не может ведь Чик сообщить тетушке, что его родителей вызывают в школу! Вот он и прячется на груше, вспоминая о казусе с учителем русского языка Аркадием Македоновичем. Параллельно он наблюдает за поведением футбольных болельщиков, общается с туповатым одноклассником и пытается понять поведение родного дяди, несчастного слабоумного, безответно влюбленного в соседку. Так Чику приходит в голову гениальный замысел: отправить на беседу с учителем сумасшедшего дядю, что он с успехом и проворачивает. В конце концов, если в мире столько абсурдных правил, почему бы не воспользоваться ими в своих интересах. Тем более, никто не пострадает.


В многослойном лиричном рассказе «Чик и Пушкин» мы снова встречаемся с противоречиями, рождающимися на стыке устоявшихся правил и нестандартного мышления Чика. Школа оказывается местом, где нужно «заснуть для жизни и проснуться для учебы» (хотя самому Чику очень нужно «одновременно жить для жизни и для учебы» и поэтому он громко разговаривает с соседями), а герои А. С. Пушкина вызывают симпатию и антипатию совершенно не так, как предлагает официальный учебник: «хотя Савельич был холоп и его преданность барину надо было презирать, Чик не только не чувствовал этого презрения — он просто обожал его». В центре рассказа однако будет не «Капитанская дочка», а «Сказка о попе и работнике его Балде», главную роль в которой выпало играть Чику. Как обычно, ему слишком быстро наскучивает обыденная предопределенность как жизненного, так и литературного сценариев, из-за чего наш герой стремительно катится вниз по карьерной лестнице: с роли Балды его разжалуют до исполнения задних ног коня. Лишь в самом конце читатель поймет, что перед ним вовсе не рассказ о конфузе героя в театральном кружке, а история о том, как видеть и понимать то, что за пределами очевидных рамок. Именно там можно наконец увидеть, что поиски вредителей имеют примерно столько же смысла, сколько его в голове упомянутого выше дядюшки, а поэт Пушкин и в самом деле настоящий гений.

Пушкин не оставит Чика и в следующей истории, «Чик знал, где зарыта собака», впрочем, там мы его узнаем по изящной аллюзии: наш герой, тяготеющий к риску, неравнодушен к примитивным азартным играм, и во сне ему видится способ выигрывать любое пари. Вооруженный новым знанием, полученным от привидевшейся во сне пожилой «Пиковой дамы», Чик отправляется играть в орлянку. Нешуточные страсти, почти мистическое везение и вполне закономерный проигрыш в конце вовсе не призваны, как могло бы показаться, преподать урок герою и читателю. Скорее автору важно было вновь указать на то, что в мире происходит немало необъяснимого, где-то в зазоре между обыденным и непостижимым, а заглянуть туда могут только такие, как Чик (и никогда люди, вроде благополучного московского мальчика Суслика).


Завершается сборник лиричным текстом «Чик на охоте». С утра мальчик отправляется на охоту, прихватив самодельный лук, собаку Белку и пояс брата, а родным оставляет записку, мол, ушел охотиться. В этот длинный-длинный день почти не случится охоты, зато будет много встреч и разговоров. Пожалуй, много позже Чик осознает, что хорошая беседа и просто стрельба на меткость — суть «удовольствие — лучше всякой охоты», да и в тот самый день не сможет он убить животное. Зато у него получится поверить в свои силы!

Несмотря на цветные оптимистичные рисунки Чижикова, рассказы о Чике принадлежат к тому роду литературы о детстве, которую с удовольствием читают взрослые. Конечно, Искандер не адресовал эти тексты младшим школьникам, печатались они не в «Пионере» или «Костре», а чаще в «Юности», «Учительской газете», а то и в «Огоньке» или «Знамени». Это вовсе не значит, будто цикл «Детство Чика» не подходит для чтения подростку, наоборот, его можно смело рекомендовать любому умному читателю от десяти лет и старше. Просто у этих историй, как у любой хорошей литературы, нет условной верхней возрастной границы.

Все книги подборки

15.04.2019 12:31, @Labirint.ru



⇧ Наверх