Алена Георгиева. Литература столкновений. Об интеллектуальных новинках «Времени», часть 2

В прошлой части обзора мы говорили о новинках, которые объединяет интересный взгляд на привычные вещи, и упоминали в этой связи:

— «Юби» Наума Нима — «главный роман одного из главных русских писателей» по версии Дмитрия Быкова;

— Дебютную книгу «Родина моя, Автозавод» Наталии Ким, которую Дина Рубина назвала «абсолютно сложившимся писателем», а Майя Кучерская номинировала на «Нацбест»;

— Роман в рассказах от автора дилогии «Мягкая ткань» Бориса Минаева — «Ковбой Мальборо, или Девушки 80-х»: 23 истории о молодых женщинах, где жизнь каждой — «остросюжетный, эпический, великий роман»;

— Волшебная книга Михаила Нисенбаума «Волчок» — 2 в 1: интересное повествование и мастер-класс по перековке обыденности в чудеса;

— Интеллектуально-фантастический роман Анатолия Курчаткина «Минус 273 градуса по Цельсию» — сюрреализм в духе набоковского «Приглашения на казнь».

У авторов из второй части обзора взгляды тоже очень интересные, однако объединяют их все-таки интересные столкновения: Восток противостоит Западу — причем подчас внутри одного человека, а искусство оказывается лекарством от расстояний, расставаний и всех перипетий XX и XXI веков, будь то война, страшная пандемия или терроризм.

И первым хочется упомянуть новый роман Сергея Лебедева «Гусь Фриц» — потому что в нем есть примерно все вышеперечисленное и чуть-чуть сверху. Противостояние Востока и Запада внутри одного человека — это тоже про него, потому что центральные герои лебедевского повествования — семья русских немцев. Немцы в Россию начали активно переселяться при Екатерине II и продолжали делать это вплоть до конца XIX века. Во все времена им жилось несладко — чужие на своей исторической родине и не до конца свои здесь, они всегда оставались людьми промежутка. Но особенно больно прокатился по ним XX век с двумя мировыми войнами- обе из которых были с Германией. Всегдашние чужаки вмиг обратились врагами по национальному признаку. Все, кто интересуется историей, слышали, что после Великой Отечественной с русскими немцами (впрочем, как и со многими другими советскими гражданами) поступили как-то не очень справедливо. Сергей Лебедев добавляет ситуации конкретики и интересных деталей — например, прибывший в Россию общий предок героев был к тому же одним из основоположников гомеопатии, что добавляет истории любопытных оттенков.


Однако волнуют Сергея Лебедева не только проблемы национальных меньшинств — но и глобальные вопросы личной и коллективной памяти, исторической ответственности, а также вообще того, как устроена и работает человеческая голова. В частности, в каких формах проявляется посттравматическое стрессовое расстройство — которое много позже назовут «вьетнамским» или «афганским синдромом», хотя совершенно очевидно, что проблема эта существовала всегда, а массовый характер приобрела уже в Первую мировую, задолго до Вьетнамской и Афганской войн. Этот интерес роднит книги Сергея Лебедева с прозой Саши Филипенко (вспомним «Травлю» и «Красный Крест») и Светланы Алексиевич (весь цикл «Голоса Утопии»). Издательская судьба у Лебедева тоже похожая — его охотно переводят на европейские языки (английский, французский, немецкий, чешский, македонский) и знают в Европе гораздо лучше, чем на родине. Скорее всего, это происходит потому, что в Европе — особенно в Германии — вопрос исторической памяти и коллективной ответственности деятельно волнует каждого члена общества, а на территории бывшего СССР таких мыслей и разговоров пока стараются избегать. И очень жаль — без осмысления исторического прошлого никакого блестящего будущего мы не построим. Но хорошо, что существуют молодые авторы, которые об этом пишут.

Еще один семейно-исторический роман — «Музейная крыса» — представил на суд читателей Игорь Гельбах. История интересная, но для XX века типичная: разные ветви одной большой творческой семьи в результате войн, революций и прочих испытаний оказались разделены тысячами километров. Особенность же в том, что одного из героев, художника Андрея Стэна, судьба завела не в Париж или Берлин, не в Израиль или Америку, не в Аргентину (вспомним роман Алексея Макушинского!) или на худой конец в Шанхай, а прямо в Австралию. Там его жизненный путь и прервался — и чтобы вернуть картины Андрея в Россию, его родственникам предстоит принять рискованное решение и преодолеть немало трудностей, но сила искусства и родственных чувств окажутся в конце концов сильнее. Я не зря упомянула книгу Алексея Макушинского «Пароход в Аргентину» (финалист «Большой книги», между прочим!) — Гельбаха с Макушинским роднит не только стремление (продиктованное историческими фактами!) отправить своих героев на край света, но и манера письма. Стиль у Гельбаха чуть полегче, чем у Макушинского, но все равно густой и тягучий, с многочисленными иностранными вкраплениями, подробными описаниями и абсолютным превалированием атмосферы над действием. При этом и у того, и у другого событий происходит немало — но гораздо большее удовольствие вы получаете от эффекта присутствия, от погружения с головой и проживания вместе с героями их весьма интересного опыта.

Следующая важная книга — одновременно о Востоке, Западе и крае света — это новый роман Олега Ермакова, который, напомню, в прошлом году получил специальный приз читательских симпатий премии «Ясная Поляна» за роман «Песнь тунгуса». В «Радуге и Вереске» Олег Ермаков меняет забайкальские просторы на дороги Смоленщины, а детективному и мистическому жанру предпочитает историческую драму с двумя любовными линиями и загадочной летописью Радзивилла в придачу. Это, безусловно, книга, которую русская литература давно ждала — потому что нет более важного города для противостояния и взаимодействия Запада и Востока, чем Смоленск. На протяжении своей истории он постоянно переходил из одних рук в другие, менял «государство приписки» и собственные политические лояльности; вокруг Смоленска всегда вились торговые пути и кипели реки крови; в Смоленске заключались самые важные договоры, Смоленск был плацдармом для самых ожесточенных битв с самыми большими ставками… В общем, удивительно, что не все русские исторические книги с проблематикой «Запад — Восток» о Смоленске — но для того, чтобы достойно описать историю этого легендарного города, нужно иметь одновременно и талант, и много фактуры. У урожденного смолянина Ермакова того и другого в избытке — поэтому он смело повышает ставки и смотрит на исторический пласт повествования… с другой стороны баррикад. Да, главный герой — молодой шляхтич Николаус Вржосек, что, конечно, добавляет тексту еще больше интриги. Кипучая многоязыкая речь героев (а чего еще вы ожидали на границе двух миров?) звучит на улочках Смоленска и в заснеженных лесах, под звон мечей, визг тетив и куда более мирные звуки природы — и сплетает воедино две истории, XVII века и века XXI. Встретятся они, конечно, на древней летописи Радзивилла, это не большой сюрприз — но вот как герои к ней придут и какое значение она обретет в их судьбах, стоит прочесть самим. Книга получилась толстая, больше 700 страниц — и это лучший способ инвестировать неделю-другую досужих вечеров.

Раз уж мы заговорили о связи прошлого и будущего, то на ум сразу приходит роман Егора Фетисова «Ковчег», который в прошлом году еще в виде рукописи попал в лонг-лист премии «Национальный бестселлер». Действие его происходит в современном Петербурге — точнее, Петербурге завтрашнего дня, где разразилась страшная эпидемия. Казалось бы, в книге есть заявка на апокалиптический приключенческий роман выживания, но все оборачивается совсем по-другому. При довольно таинственных обстоятельствах главному герою удается пропутешествовать на сто лет назад и оказаться в гуще событий Серебряного века — как раз когда в Европе вовсю свирепствует «испанка», самый массовый и смертоносный штамм гриппа за всю историю человечества. Тем не менее жизнь в легендарной «Бродячей собаке» кипит ключом, и наш современный герой с энтузиазмом в нее включается — тем более что между путешествиями он вынужден не только как-то выживать в охваченном паникой городе, но и в самом прямом смысле убегать от преследователей, которые пытаются повесить на него вину за страшные преступления и едва ли не всю эпидемию в целом. Действия героя не являются голым эскапизмом: если рассмотреть роман Фетисова через проблематику — заявленную автором — роли искусства в жизни человека, то все самые абсурдные события становятся на свои места. И «пир во время чумы» — это не просто пир, а поиск индивидуального ответа на вопрос: а во что стоит вкладываться, когда гибель неминуема? Что может стать ковчегом — если не в прямом, так хоть в метафорическом смысле? Главный герой — не без помощи Осипа Мандельштама, между прочим — находит свой ковчег в искусстве. Но большой плюс романа в том, что он транслирует не единственную точку зрения, а несколько — и это сразу превращает «Ковчег» из размышлений о природе и статусе творчества в куда более общефилософскую и общечеловеческую литературу.


И такое же на первый взгляд странное сочетание мы видим в романе Владимира Козлова «Рассекающий поле»: свобода творчества сталкивается в этой книге не просто с нашей крайне прагматичной эпохой (это как раз не ново), но и с проблемой посерьезней: к вопросам банального финансового выживания добавляется проблема выживания физического, потому что вместе с героем, сами того не подозревая, мы входим в эпоху массового терроризма. Пора признать, что террористические акты, хотим мы того или нет, понимаем или не очень, сильно повлияли на наше мировоззрение, сознание и психику вообще. Пожалуй, Владимир Козлов — первый из российских авторов, кто всерьез взялся нашу новую эпоху осмыслить. В этом ключе образный ряд, выбранный автором (путешествие рыцаря Персеваля за Священным Граалем), раскрывается с новой стороны и прирастает новыми смыслами, потому что мы ищем не просто свободу самовыражения, но лекарство от нашей новой и, пожалуй, самой важной проблемы. И очень хорошо, что за эту тему взялся молодой автор, который наравне с, например, Сашей Филипенко и Игорем Савельевым может выступать голосом нового поколения, — ведь именно новому поколению, нынешним 30-летним и младше, предстоит решать проблемы, посеянные еще до их рождения и взошедшие на рубеже веков.

И мы заканчиваем наш большой обзор интеллектуальных новинок — но не прекращаем выпускать хорошие книги! Читайте первую часть нашего обзора и ждите обновлений: уже вышли сборники малой прозы Елены Катишонок «Счастливый Феликс» и Александра Кабакова «Группа крови», вот-вот отправится в типографию новый том собрания сочинений Александра Солженицына (28-й — «Бодался теленок с дубом»; коллекционеры, не забудьте записать в блокнот и сделать предзаказ!) и сборник киносценариев Валерия Залотухи «Садовник», который закрывает почти полное собрание произведений великого писателя и сценариста, автора без преувеличения гениальной «Свечки».

Всегда находите время на хорошие книги — и пусть это время будет самое-самое: приятное, продуктивное, со смыслом проведенное.

Все книги подборки

29.03.2018 17:10, @Labirint.ru



⇧ Наверх