Список Антона Ломаева: семь книг, которые стоит прочесть


Пока мы поздравляем художника с Днем рождения, Антон Ломаев рекомендует читателям семь хороших книг, большую часть из которых он не только читал, но и иллюстрировал.
Профессиональная репутация Антона Ломаева позволяет ему работать только над по-настоящему интересными проектами. Поэтому каждая новая книга художника становится событием. Их ждут, их коллекционируют, их будут передавать по наследству и показывать детям, внукам, правнукам. Работая над классикой или детскими изданиями, Антон Ломаев отпускает на волю свою фантазию и следует за ней по причудливым и запутанным тропам.

«Моби Дик» Герман Мелвилл
Из множества приключенческих книг эту я люблю больше всего. В ней есть особенное измерение. Ее непросто читать, особенно полную версию, она изобилует пространными рассуждениями наблюдателя и исследователя, мелкими подробностями китобойного промысла; даже через перевод в ней чувствуется тяжеловесность языка 19 века. И, тем не менее, она до сих пор живая. Эта книга пропитана подлинным опытом Мелвилла-китобоя. В ней есть тот элемент, который делает ее намного больше, чем просто подробный рассказ о безумце капитане и его судне, охотящимися за белым китом-убийцей. Эта книга о роке, судьбе, о Боге, если угодно, и о его антагонисте. Я читал ее несколько раз в разном возрасте и особенно подробно во время работы над иллюстрациями к «Моби Дику», но ее загадочность и привлекательность как для читателя не стала для меня меньше. Уверен, что пройдет несколько лет, и я вновь к ней вернусь.


«Одесские рассказы» Исаак Бабель
В этой книге жизнь пульсирует подобно яремной вене на шее потного ломовоза, везущего по жаркой мостовой портового города телегу, доверху набитую контрабандой. Сравнительно небольшая по объему, эта книга кажется огромной по тому следу, что за собой оставляет. Кино, театр, литература — не счесть всех примеров выхода героев Одесских рассказов за рамки текста Бабеля. Герои продолжают жить своей жизнью. Уже до конца не понять, где граница сочащейся жизнью Одессы Бабеля и настоящим городом, который однажды заглянул как в зеркало в книгу писателя, да так и слился с ней. По меньшей мере, когда я еще ребенком и юношей бывал в Одессе, я смотрел на нее сразу немного через этот миф. А слова Молдаванка, Большая Арнаутская, Ришельевская — были мне знакомы задолго до приезда в Одессу, и не в последнюю очередь из-за «Одесских рассказов» Бабеля. А когда я сел рисовать иллюстрации к этому изданию, то настоящие воспоминания об Одессе полностью перемешались с образами книги.

«Конармия» Исаак Бабель
Я не был на войне, но мне кажется, что ее восприятие зависит не только от характера человека, но и от его возраста. Исаак Бабель — участник событий, которые он описывает. Он их свидетель, герой и поэт. Поэт вдохновленный и молодой, с жаждой пьющий войну, со всеми ее страстями, кровью, диким присвистом и отчаянным галопом боевых лошадей. Война и смерть в его текстах — это продолжение его молодой жизни. Он зачарован этой жизнью, он пробует ее на вкус, он ищет для нее самые точные слова. Бабель жадно прислушивается к звуку движения тяжелых жерновов истории. В итоге — это страшное время, эти места, которые мне биографически близки тоже, в текстах Бабеля звучат как поэма, которую хочется перечитывать, вслушиваться и всматриваться в нее. И зарисовать, конечно, что я и сделал для этого издания «Конармии».


«Сказки» Ханс Кристиан Андерсен
Это может показаться удивительным, но еще в детстве я знал, что когда стану взрослым, буду иллюстрировать сказки Андерсена. Эта была не просто неопределенная фантазия, а уверенность с примерными представлениями о выборе сказок, общими очертаниями иллюстраций. У меня был двухтомник, тот самый знаменитый желтый двухтомник с иллюстрациями молодых Трауготов. Он и теперь у меня есть, правда — другой экземпляр, купленный в букинистическом магазине. Мне он нравился своей полнотой, тем, что там было много сказок, помимо самых известных. Густо проиллюстрированный, он все равно оставлял впечатление воздушности, а тонкие линии импровизаций Трауготов оставляли простор для фантазии. Теперь я и сам иллюстрирую сказки Андерсена, а самыми главными их читателями я вижу своих детей. Четыре из проиллюстрированных мною сказок вошли в этот сборник издательства «Азбука».

«Защита Лужина» Владимир Набоков
Набокова люблю давно. Еще в юности мне повезло с ним встретиться. «Защита Лужина» — одна из любимых книг. Думаю, что любой художник может понять это ощущение раздвоенности, когда мир фантазий входит в противоречие с миром реальным. Лужин проживает свою жизнь в двух измерениях — бытовом и шахматном. До поры они, соперничая, составляют единую ткань его жизни. Но наступает момент, когда ощущение загнанности подсказывает вполне шахматный ход в жизни — окончание игры и черный проем окна.

«Эликсиры сатаны» Эрнст Теодор Амадей Гофман
Как раз сейчас перечитываю эту книгу. Она хороша. Как и во многих произведениях Гофмана, в ней замешана большая порция волшебства. Это не только приключения героя, но прежде всего история его внутренней жизни, от рождения несущей тяжелую тайну. Так вышло, что вместе с «Эликсирами сатаны» я параллельно читаю и биографический роман Рюдигера Сафрански о жизни Гофмана. Даже не знаю, чья жизнь кажется мне увлекательнее — Гофмана или брата Медарда.

«Очарованный странник» Николай Лесков
У Лескова хорошее лицо — это видно на портрете Серова — доброжелательное и открытое, с внимательными глазами, очень русское лицо. Таков и его герой — Иван Северьяныч Голован. Мне кажется, это один из самых точных и тонких портретов русского человека вообще. То ли рассказ о себе простодушного и доверчивого человека, то ли житие святого в его собственном изложении. В любом случае, книга меня захватила сразу, а многие выражения из нее и примеры перекочевали в мой обыденный лексикон.


14.03.2016 18:10, @Labirint.ru



⇧ Наверх