Шпионы, медведи, хирурги и Тюдоры: шесть толстых современных романов для отпуска


Готовитесь к долгожданному отпуску? Собираете чемоданы и бронируете билеты? А как насчет летнего чтения? Мы не о тех унылых школьных списках, знакомство с которыми недалеко ушло от поедания холодной манной каши с комками. Мы про книги, будто бы специально созданные для долгих летних вечеров и солнечных пляжей.
Выбор летнего чтения — тонкая наука, почти что искусство. Не каждая книга может стать той самой летней. Она должна быть умной, но не чрезмерно (не хотим же мы проспать все самое интересное). Достаточно длинной, чтобы хватило даже на трансатлантический перелет, увлекательной, но не поверхностной. Словом, мы выбираем идеального попутчика в путешествии, а это не так просто. Такая книга, как и удачный аромат, снова и снова будет переносить нас в те места, где мы когда-то были счастливы. Мы собрали шесть очень разных объемных романов, которые смело можно брать с собой в отпуск — они не подведут.
 
Шпион с разбитым сердцем от Ле Карре
Corpus переиздал «Ночного администратора» Ле Карре. Идеальный коктейль из дорогих отелей, страдающих английских шпионов и зловещих торговцев оружием. Бонус: по книге недавно сняли сериал BBC с неотразимым Томом Хиддлстоном и демоническим Хью Лори.
 
 
 
В полумраке вечно строящегося гриль-бара герра Майстера Джонатан снова и снова видел себя в немой роли на сцене того таинственного театра, который представляет собой наша память: он вспоминал, что было дальше с бумагами мадам Софи. Вымуштрованный, пусть даже давно, солдат, мгновенно реагирует на призыв к исполнению долга. Только механический, как у робота, поворот кругом: Пайн, стоя в дверях своей конторы, через пустой мраморный холл отеля «Царица Нефертити» наблюдает, как одна за другой вспыхивают яркие цифры над лифтом, указывая на его движение вверх.
 
Блокбастер о любви, хирургии и Африке
Если в вашей библиотеке нет «Рассечения Стоуна», покупайте сразу несколько экземпляров, чтобы раздаривать друзьям. Вергезе написал текст невероятной страстности, плотности и убедительности. Вы возненавидите его Африку, возненавидите, а потом полюбите навсегда.
 
 
 
Наверное, взрослые считали, что Шива, мой прилежный, трудолюбивый брат, попросту скуп на слова. Хотя если считать звон колокольчиков на его браслете за разговор, он болтал без умолку и стихал, только когда перед школой натягивал на браслет носок. Наверное, взрослые полагали, что я не даю Шиве возможности говорить (что было правдой), но никто не просил меня заткнуться. Во всяком случае, в шуме и гаме нашего жилища, где дважды в неделю собиралась компания для игры в бридж, на «Грюндиге» вертелась 78-оборотная пластинка и от топанья Гхоша под румбу и ча-ча-ча звенели тарелки, прошло целых шесть лет, прежде чем взрослые заметили, что Шива перестал говорить.
 
Философское фэнтези про медведя
До нас наконец-то добрался главный роман Ричарда Адамса — про религиозное сознание, искупление грехов и постимперскую рефлексию. Ну и про большого медведя, да.
 
 
 
«Я дьявол, — раздалось в ответ. — Пришел по твою душу, и как раз вовремя». С этими словами пришлец опустил руку, которой придерживал ворот. Никто там никогда раньше его не видел, разумеется, и открывшееся взорам лицо казалось нечеловеческим в полумраке. Все они были люди суеверные — невежественные, с нечистой совестью, безбожные и исполненные страха перед неизвестным. Они с проклятьями шарахнулись от него, наталкиваясь друг на друга и падая. В следующую секунду барон, уже извлекший меч из ножен под плащом, всадил клинок в горло Глаброну, схватил меня за руку, одним ударом прикончил другого мужика, оказавшегося у него на пути, и выбежал в темноту вместе со мной и Анкреем прежде, чем кто-нибудь в таверне успел вытащить нож.
 
Исторический роман о Риме
История древнего Рима идеально вписывается в жанр романа-эпопеи. И хотя Стивен Сейлор уходит от стандартов нон-фикшна в пользу большей художественности и эмоциональности, любители Резерфорда наверняка обрадуются этой биографии города.
 
 
 
Торжище на другом, приречном берегу Спинона представляло собой нескольких крытых соломой хибар для хранения соли, загонов для домашнего скота и открытой площадки, где торговцы могли размещать свои подводы и тачки и предлагать товары на продажу. Домашний скот состоял из быков, коров, свиней, овец и коз. На продажу выставлялось все, что угодно, — окрашенная шерсть, меховые коврики, соломенные или фетровые шляпы, кожаные мешки, глиняные сосуды, плетеные корзины, гребни и застежки из панциря черепахи или янтаря, бронзовые украшения и пряжки, железные топоры и плужные лемеха.
 
Тюдоры другим манером
Дважды букериат Хилари Мантел пишет о всеми любимых Тюдорах, но не смакует ужасы и страсти. Ее куда больше интересует сознание средневекового человека и погружение в историческую эпоху, которое получилось впечатляюще подробным. Кстати, как и положено отличному английскому роману, «Вулфхолл» обзавелся продолжением и экранизацией BBC.
 
 
 
Но она отвернулась и плачет. Не о нем, потому что никто никогда больше о нем не заплачет, таким уж сотворил его Господь. Кэт плачет о том, что считает правильной жизнью: воскресенье после обедни, сестры, золовки, невестки целуются, шлепают племянников (любя) и тут же гладят их по головке, передают из рук в руки младенцев, сравнивают, чей толще, а мужчины стоят кружком и говорят о делах, о шерсти, пеньке, доставке, чертовых фламандцах, правах на лов рыбы, пивоварнях, годовых оборотах, услуге за услугу, нужных людях, «надо бы немного подмазать», «мой поверенный обещал»… Вот что сулил брак с добрым семьянином Морганом Уильямсом, да только Уолтер все испортил.
 
Триумфальное возвращение Гранже
Если уж выбирать традиционные пляжные жанры, то обратимся к литературным мастерам. Новый триллер Гранже — все, как мы любим. Семейные тайны, напряженный сюжет, пугающие преступления прошлого, теперь в африканских декорациях.
 
 
 
Эрван Морван спрашивал себя, с какой стати его сюда занесло. Никакого отношения к Конго он не имел, хоть и родился здесь. Во Францию его привезли в двухлетнем возрасте, и ни малейших воспоминаний о стране рождения он не сохранил. Его отец Грегуар настоятельно попросил сына присутствовать на похоронах генерала Филиппа Сезе Нсеко, «старого друга» из Лубумбаши, столицы провинции Катанга. Он согласился. Из сыновнего послушания, а также из странного любопытства.
 
Длинные. Летние. Твои
Что еще упаковать с собой в отпускной чемодан? Конечно, «Щегла» Тартт, если вдруг вы не успели прочитать его, брутальное полотно Филиппа Майера, изысканную поэтическую фантазию Антонии Байетт, тихий шедевр Джона Уильямса. Не стоит забывать и о скрупулезном миростроителе Кене Фоллетте, хитроумно устроенных «Светилах» Каттон и эксцентричных фантазиях Чайны Мьевилля.
 
01.07.2016 00:10, @Labirint.ru



⇧ Наверх