Мастер перевода. Никита Кузнецов о поэзии Чеслава Милоша

О двуязычной книге «На берегу реки» Нобелевского лауреата, польского поэта, эссеиста Чеслава Милоша рассказывает переводчик книги Никита Кузнецов.

Чеслав Милош Судьба стихов Чеслава Милоша в России складывалась непросто. В советские годы об издании сочинений польского невозвращенца не могло быть и речи, поэтому неудивительно, что его первая книга в русском переводе вышла в США (1982) — ею стал «Поэтический трактат», мастерски переведенный Натальей Горбаневской. Несколько стихотворений старшего друга перевел Иосиф Бродский, называвший Милоша своим «магнитным полем».

Однако в самой России первый сборник избранных милошевских стихов был опубликован лишь в 1993 году. С тех пор пробелы в переведенном корпусе стихов нобелиата регулярно восполняются, появилось множество новых переводов — как прекрасных, так и весьма посредственных, — но, как правило, это по-прежнему разрозненные стихи. Изданных полностью сборников мало, между тем Горбаневская не напрасно утверждала, что Милоша «надо переводить не отдельными стихами, не подборками разных лет, а книгами». В каждом сборнике есть своя логика, композиция, идея.

Перевод книги «На берегу реки» дает читателю возможность увидеть авторский замысел Чеслава Милоша — как всю картину, так и отдельные мазки. А для лучшего понимания заключенного в стихах смыслового богатства я рекомендую обратиться к прилагающимся к книге комментариям, составленным таким образом, чтобы не только пояснить моменты, которые могут вызвать затруднения, но и создать биографический фон, вписывая поэзию Милоша в контекст его жизни.

Вырастая из родной земли, детских воспоминаний и опыта долгой, насыщенной событиями жизни, которая пришлась на бурный для Центральной и Восточной Европы Х Х век, стихи Милоша возносятся к метафизическим вершинам и вечным вопросам человечества.


Сборник открывается своеобразной литературной исповедью автора. «О, Всевышний, Ты создал меня поэтом, и теперь мне пришла пора отчитаться», — с этого воззвания к Богу Милош начинает подведение итогов своих жизни и творчества. В 1994 году, когда книга вышла, поэту исполнилось 83 года — возраст, склоняющий к тому, чтобы обернуться назад и попытаться выразить главное, что произошло за эти годы, что удалось постичь в тайнах жизни, любви, страдания, бренности, поэзии, истории, бытия, старения, смерти и посмертной судьбы человека. Конечно, попытка эта была не первой и, как впоследствии оказалось, далеко не последней: Милоша ожидали еще десять лет жизни и несколько важных книг.

И все же этот сборник особенный — уже хотя бы потому, что включенные в него стихи создавались в переломные для поэта годы. В конце мая — начале июня 1992 года Милош впервые после 52 летнего отсутствия посетил край своих детства и юности — Литву, которая всю жизнь была для него точкой отсчета и постоянно появлялась во многих его стихах и прозаических произведениях. В этом путешествии поэта сопровождала Кэрол Тигпен (в то время ей было всего 48), а 1 октября того же года она обвенчалась с ним в Беркли, чтобы стать его ближайшим человеком до самой смерти — ее смерти. И, наконец, спустя год после свадьбы нобелиат получил в подарок от краковского магистрата квартиру на улице Богуславского, ставшую его последним земным пристанищем.


Прикосновение к истокам и в то же время начало нового этапа жизни, горькая старческая мудрость и детская свежесть восприятия, взаимопроникновение текущих событий и воспоминаний о прошлом намечают одну из главных линий философско-поэтической автобиографии Милоша, как смело можно назвать этот сборник. Начавшись с обращения к Богу, книга перетекает к воспоминаниям старого поэта. Затем Милош вступает в разговор с демоном, внутренним голосом, диктующим ему стихи, и размышляет о смысле поэзии и искусства. Далее он погружается в глубины истории — личной и всемирной, — чтобы вслед за этим перейти к всегда волновавшей его проблеме страдания и, наконец, идет еще дальше и глубже — к теме смерти и возможностям, открывающимся после нее. В последнем стихотворении сборника «В Шетейнях» все эти перспективы соединяются, а стоящий на пороге смерти и в то же время начинающий новый этап жизни поэт обращается к своей давно умершей матери как к своего рода Беатриче, которая должна перевести его на другую сторону. Смесью тревоги с надеждой проникнуты последние строки стихотворения, в которых покой остается лишь устремлением Милоша, но перспектива его достижения и упокоения с миром все же видится ему реальной:

1-14250-1467967919-7359.jpgТы одна мудра и справедлива, ты одна могла бы меня успокоить, объясняя, что я все возможное сделал».


1-14250-1467967919-7359.jpgЧто закрывается калитка Черного сада, мир, мир, что свершилось, то свершилось».

Отдавая в руки читателя перевод этого сборника, мне остается присоединиться к словам поэта и выразить надежду, что мой труд «принесет людям пользу» и позволит вам прикоснуться к глубине и красоте поэзии Чеслава Милоша, «жившего во власти иллюзий», но, несмотря на это, верившего, что «от правды зависят судьбы мира».

01.12.2017 14:11, @Labirint.ru



⇧ Наверх