Короче говоря: Прилепин, Дорр, Кинг и другие мастера рассказа, удивившие нас в 2016 году


Сегодня мы наблюдаем возрождение интереса к короткому рассказу: писатели, эссеисты и журналисты выпускают авторские сборники или объединяются ради того, чтобы создать некое коллективное высказывание (на заданную тему). Возможно, одной из отправных точек этого интереса стал нобелевский триумф Элис Манро, посвятившей себя данному жанру.
Фантасты выступают под эгидой Нила Геймана, который (вслед за Брэдбери) правда очень хорош в спринте. Отечественные прозаики не отстают и пишут «на тему». Издательства перестали отсекать малую форму на этапе рукописи и даже выпускают тематические сборники классиков: про любовь или жестокость. Оно и понятно: современный читатель не вылезает из Фейсбука, приучен к стандартам короткого поста и пугается восьмисотстраничных эпопей. Сборник рассказов — неплохой способ получить представление о литературном поколении или целой нации, глубоко исследовать чувства или образ героя. Рассказ в исполнении литературного мастера настолько самодостаточен, что вполне может солировать в отдельном издании. Наконец, идея отправиться в отпуск, вооруженными не длинным романом, а сборником рассказов, кажется нам весьма освежающей. Вместо тягучей многостраничной эпопеи рассказы раскрываются калейдоскопом символов, характеров, интриг.
На короткой дистанции
Мы выбрали шесть самых ярких и долгожданных сборников рассказов, вышедших в 2016 году. Три книги, чтобы оценить мастерство отечественных рассказчиков, три книги, чтобы понять, как обстоят дела в переводной литературе.

Александр Снегирев. Я намерен хорошо провести этот вечер.
Пристальные рассказы с неожиданным финалом от обладателя премии «Дебют» и «Русского Букера». Снегирев пишет реалистичную и порой даже натуралистичную прозу.

 
Я помню, как в гостинице «Апшерон» отключили воду и по всем этажам тотчас распространилась жуткая вонь. Помню, как на торжественном приеме в ресторане «Гелюстан» я перепутал щедро украшенный кусок мясного паштета с тортом, сунул в рот и, не почувствовав сладкого вкуса, ужасно застеснялся, будто все вокруг в этот момент только и думали о том, что я перепутал паштет с тортом.
 
Захар Прилепин. Семь жизней
Долгожданный «короткий» Прилепин. Динамичная словесная эквлибристика о том, как могла бы сложиться — но не сложилась жизнь.

 
В моей деревне, за околицей, в часе ходьбы лежат холмы — высокие для средней полосы, и если прыгнуть вниз с обрыва — весь поломаешься. В очередной холод, девятилетний пацан, я ушёл туда — с чего мне захотелось зимой забраться на холм, никто бы не объяснил. Снега было где по колено, где по грудь, надо было сразу возвращаться, с первых шагов к холмам, но я пополз — кричал, пел по пути, один раз расплакался: вперёд было далеко, назад уже поздно. Туда и летом не всякий решался лезть.
 
Марина Степнова. Где-то под Гроссето
Внимательный и жесткий взгляд, упакованный в безупречный стиль лауреата «Большой книги». «Маленькие», незаметные люди и их удивительный внутренний мир.

 
И — р-раз — вкусно, с хрустом открывает книжку, как будто разламывает пополам пирожное безе. Мне и брату. Я смотрю на гладкие страницы. Открылась как раз моя любимая картинка — с шамаханской царицей. Царица такая красивая, что я заляпала ее повидлом из пирожка. Не нарочно. Просто разинула рот от восторга. Я смотрю на подсохший коричневатый потек на царицыном шатре. И еще один — точно такой же — на другой странице. Если поскрести ногтем и облизать — будет сладко. Призрак прошедшей радости.
 
Энтони Дорр. Стена памяти
Романы сделали Дорра всемирно известным писателем и обладателем Пулитцеровской премии. Этот сборник рассказов исследует человеческую память и забвение.

 
А вокруг фото сплошь бумажки, бумажки и пластиковые картриджи расходящимися и наползающими друг на друга кругами и слоями — одни на гвоздиках, другие пришпилены булавками или прилеплены жевательной резинкой. Здесь списки неотложных дел, краткие записи, рисунки, изображающие каких-то, видимо, доисторических зверей и чудовищ. На одной бумажке написано: Феко можно верить. Рядом: Кока-колу брать у Полли. Здесь же рекламка: Агентство недвижимости «Портер пропертиз». Попадаются странные словечки: дейноцефалы, позднепермский период, массовые кладбища позвоночных.
 
Стивен Кинг. Лавка дурных снов
Пожалуй, роман во сне не увидишь, а вот рассказ — да. В случае Стивена Кинга сон может превратиться в кошмар в любой момент.

 
Дага Клейтона рывком затащили в микроавтобус, словно чьи-то руки — те самые, с большими ладонями и пальцами-карандашами — схватили его за грудки и втянули внутрь. Микроавтобус изменил очертания и сморщился, словно рот, в который попало что-то на редкость кислое… или на редкость сладкое. Изнутри донесся громкий хруст: такой звук бывает, когда шагаешь в тяжелых ботинках по лесу и у тебя под ногами трещат сухие ветки.
 
Нил Гейман. Осторожно, триггеры!
Кажется, Гейман никогда еще не был так хорош, как в переводе Алексея Осипова и Анны Блейз. Оба переводчика за свою работу отмечены премией Норы Галь.

 
— Всегда есть надежда выбраться целым и невредимым, — сказал старик. — Даже в ночь полнолуния. Сначала нужно дойти до центра лабиринта. Там бьет источник. Вы увидите. Мимо не пройдете. Потом нужно повернуться и пройти от центра обратно. Только смотрите — ошибок быть не должно! Ни одного неверного шага, и храни вас Господь от тупиков! Сейчас, пожалуй, полегче стало, кусты-то совсем низкие. Так что шанс у вас есть. Не упустите его, а не то лабиринт примется исцелять вас от всех страданий. Тогда, конечно, придется бежать во весь дух.
 
Отдельным пунктом. Проза Келли Линк
И хотя в нашем списке уже достаточно фантастических авторов, мы не можем пройти мимо сборника Келли Линк «Вляпалась!» Во-первых, эта книга стала финалистом Пулитцеровской премии. Во-вторых, если вам нравятся Брэдбери и Гейман и хочется почитать что-то столь же волшебное и необычное, то лучше прозы Линк и не найти.

 
Давай дадим девушке в холле отеля имя. Имена есть у всех, даже у свиных эмбрионов. (Я своего зову Альфредом.) Конечно, это не как в «Far Away». Я не могу выбрать себе имя. Если бы могла, меня бы звали не Билли Фэггарт. Знакомое имя? Нет, я и не думала, что оно покажется тебе знакомым. В четвертом классе, катаясь с горки на школьной площадке, я пукнула, и с тех пор все в школе стали называть меня Вонючка Фэггарт. Билли Фэггарт — смешное имя, правда? Только вот у девчонок вроде Билли Фэггарт в общем-то нет чувства юмора.
 
01.05.2016 00:11, @Labirint.ru



⇧ Наверх