«История одиночества» Джона Бойна. Четыре мнения

В издательстве «Фантом Пресс» вышел новый роман ирландского писателяДжона Бойна, автора «Мальчика в полосатой пижаме» и «Бунта на „Баунти“». «История одиночества» была написана в 2014 году, и вот наконец-то издана на русском языке. Главного героя, священника Одрана, тяготит состояние современной ирландской Католической церкви. Переживая внутренний кризис и разбираясь в себе самом, он старается не потерять веру.

Чего ждать читателям от «Истории одиночества»? На что настраиваться: на острую социальную драму, глубокое погружение в духовный мир, критику религиозных институтов — или нечто куда менее однозначное? Мы собрали несколько мнений о книге и теперь делимся с вами.

Петр Алешковский,
писатель, лауреат премии «Русский Букер»-2016Неверящих в то, что современный роман жив, отсылаю к «Истории одиночества» Джона Бойна. Блестяще написанный, замечательно выстроенный, это еще и очень современная книга. Исторически выверенный роман об искуплении, о преодолении последствий травмы, без чего невозможен поиск правды жизни. Это роман о том, что мораль и этика не потеряны в европейском обществе — есть чему поучиться. Это вам не Янагихара какая-нибудь.

«История одиночества» Джона Бойна — это «Молодой Папа», если бы его написал Достоевский.

Наталья Ломыкина, книжный обозревательБерешь в руки «Историю одиночества», на обложке которой — тревожное небо, синее море, мальчишка плещется в волнах с отцом, и поначалу ждешь глубокий роман взросления. Даже как будто не ошибаешься, пока не получаешь от автора под дых. Уже к семидесятой странице станет ясно, что мощь этого романа будет все нарастать и нарастать, пока писатель со своей беспощадной искренностью не перевернет твой мир, заставляя задуматься о многих вещах, которые ты малодушно предпочел бы не заметить. Джон Бойн и раньше умел в тихой камерной истории показать сущность добра, зла, насилия и милосердия — достаточно вспомнить «Мальчика в полосатой пижаме» или «Мальчика на вершине горы». Но в «Истории одиночества» он берет совершенно новый уровень литературного мастерства. Роман читается удивительно легко — здесь нет ни выспреннего слога, ни нарочитого философствования, ни сложных описаний церковных таинств, ни мучительных деталей расследования, только личная история человека. Но получается честная, смелая и глубокая книга о вине и искуплении, о слепоте и молчании.

Роман о доказательстве возможности существования веры — живого, подлинного чувства — в отдельно взятом человеке.

Сергей Кумыш, книжный обозревательФормально перед нами религиозный триллер — череда закрученных в тугой сюжетный узел эпизодов из жизни ирландского священника Одрана Йейтса, оказавшегося вовлеченным в громкий скандал внутри католической церкви. Одран разочарован в церкви, в самой системе, несовершенство и порочность которой открываются ему с пугающей очевидностью. Но его личные убеждения, несмотря ни на что, все же остаются при нем. И это очень важный момент: хотя большинство церковников в романе вызывает вполне понятное отторжение, автору удается показать подлинную красоту религиозного чувства, глубину и искренность мотивов тех, кто оказался в церкви не по досадной ошибке, не по стечению обстоятельств, а потому, что не видел и не хотел для себя иной жизни. Это роман о доказательстве возможности существования веры — живого, подлинного чувства — в отдельно взятом человеке. Вера и церковь, увы, на сегодняшний день — понятия едва ли не взаимоисключающие. Думающему и чувствующему человеку вера открывает потаенный мир. Современная церковь — как институт, как организованная порочная система власти — неизбежно обрекает его на одиночество.

Жизнь легко описать, но нелегко прожить.

Лиза Биргер, книжный обозревательБойн почти всегда пишет о «слезинке ребенка», и «История одиночества», в сущности, о том же: главный герой — ирландский священник, закрывающий глаза на трагедии, свидетелем которых становится, будь то в его собственной семье, в жизни его друзей или в католической церкви. По сути, «История одиночества» — это обличение любого неучастия, и в этом Бойн, конечно, мастер: перевести стрелки с гигантов на карликов, увидеть в большом скандале в католической церкви трагедию маленького человека, чей мир полностью переворачивается. Описать эту череду незначительностей обыденной жизни так, чтобы была очевидна стоящая за ними катастрофа, может только гений, подобный Бойну.
23.03.2017 13:11, @Labirint.ru



⇧ Наверх