Генрих Книжник: «Я никак не собирался становиться детским писателем»

Генрих Книжник — необычный писатель. Потому что на самом-то деле он физик. Всю свою жизнь он занимается физикой, даже сейчас, в 82 года, он только что закончил научную работу и готовит ее к публикации.
Но с конца 80-х годов прошлого века ученый-физик стал иногда превращаться в детского писателя. Началось все с повести «Петька», которая была написана в 1987 году. А спустя 30 лет, в 2017 году, издательство «Мелик-Пашаев» перевыпустило книгу. О том, как как от физики твердого тела можно прийти к литературному творчеству для детей, Генрих Книжник рассказывает в автобиографии:

Генрих Книжник
11Я, Книжник Генрих Соломонович, родился в 1935 году в Киеве, на родине моих родителей, и в возрасте двух месяцев в корыте, подаренном маме бабушкой, был перевезен в Москву, где и живу до сих пор. Мама моя окончила Киевскую консерваторию, папа — Киевский политехнический институт и по комсомольской путевке был направлен на работу в Москву, в зарождавшуюся тогда советскую авиационную промышленность. Последние сорок лет своей жизни он занимался жизнеобеспечением в Космосе, где и создал кресло для космонавтов, кухню для невесомости, туалет для той же невесомости и изобрел еще более сорока новых устройств.

В Москве я кончил школу № 150, Институт Стали и Сплавов, потом работал в прикладном институте, где с некоторым успехом занимался танковой броней, защитил диссертацию, перешел на работу в Приборостроительный институт и там уже занимался физикой твердого тела. У большинства экспериментаторов кроме научного направления имеется и научное ремесло, то есть основная группа устройств, на которых они проводят свои исследования. У меня это был электронный микроскоп и другие прилагающиеся к нему приборы. Электронный микроскоп — это напряжение в сто двадцать тысяч вольт, а значит, отдельное помещение со светящимся над входом табло; «Осторожно! Высокое напряжение!», высокий вакуум, требующий длительной откачки и затемненное помещение, то есть незанятое время и отсутствие отвлекающих факторов.
Мне всегда были интересны дети, и когда мы с женой, сыном и нашими друзьями и их детьми выезжали летом в лесные хутора, то взрослые, уходя по своим делам, оставляли всю детскую команду на меня, и я возился с ними, занимал играми и сказками-рассказами. И однажды, сидя в своей лаборатории в ожидании готовности приборов, я неожиданно для себя написал на листе бумаги, приготовленном для научной статьи: «Петькина фамилия была Теткин, и он считал, что все его беды от этого».

Я никак не собирался становиться детским писателем, поэтому, написав повесть до половины, я прервался почти на пять лет. Но что-то внутри заставило меня закончить ее, и наша родственница, отдала ее в «Дом детской книги», где работала ее родственница. Там ее очень неохотно взяли: «Эти физики способны только на занудные сказки. Занимались бы лучше своим делом», но прочли и передали в Детгиз, где она вскоре и вышла. А дальше пошло само. Параллельно с физикой.
Однажды, возвращаясь домой, я увидел сына с двумя приятелями, носами уткнувшихся в щель приоткрытой двери соседнего с нашим подъезда. На мой вопрос мне ответили, что надо дождаться Юльку и безжалостно избить, за то, что она фанеркой черпала воду из «водохранилища» (лужи, огороженной кирпичами) и плескала на них. Так возник первый рассказ из книги «Ой, что сегодня было». Рассказ про школьную вентиляцию — случай из моей собственной школьной жизни, остальные сюжеты пришлось придумывать из ничего. Так и начал писать.
Физика не мешала писать, но мешала заниматься изданием своих произведений. Их, неизданных, накопилось еще четыре. Однако, в мае 2016 года я вошел с повестью «Ты любишь науку или нет?» про двух мальчишек, решивших создать шаровую молнию, в число лауреатов международного конкурса Сергея Михалкова. И теперь в семье и среди друзей официально зовусь Детским Писателем.

Читается на одном дыхании, не правда ли? Вот и толстенную повесть «Петька» (208 страниц, шутка ли?!) дети просто «проглатывают», а потом им так жалко прощаться с героями, что они начинают читать по второму кругу. А некоторые особенно настойчивые читатели находят писателя и требуют продолжения повести!
Как говорит сам писатель, сочинять такие захватывающие истории ему помогает «память детства» - ведь впечатления детства настолько ярки, что воспоминания о них помогают перевоплощаться в героев и жить их жизнью. Все писатели пишут по разному, у всех свои методы и походы. Генрих Книжник признается, что, когда он пишет, он «никогда не знает, что будет на следующей станице» — настолько живыми и самостоятельными получаются у него герои.

А еще Генрих Соломонович необычайно внимателен к своему читателю. На недавней встрече с третьеклассниками московской школы № 19 писатель подписывал каждый экземпляр не просто с личным обращением по имени, но и с адресным пожеланием каждому школьнику: он беседовал с каждым, расспрашивал, кем тот хочет стать, когда вырастет, и экспромтом придумывал добрые слова. Будущей актрисе — чтобы на ее спектакли стояла очередь, баскетболисту — желал побед. И так 30 пожеланий, представляете? И для читателей Лабиринта он тоже подписал книги.
Вот так такой необыкновенный писатель, ученый и человек.

29.06.2017 18:11, @Labirint.ru



⇧ Наверх